- Да. Он одаривает меня долгим, пристальным взглядом — таким, который должен сопровождать предупреждающую табличку и огнетушитель. - У нас был заказан столик.

Затем он достает свой телефон и нажимает кнопку.

“Вионна”. Он не сводит с меня взгляда. “Отмени наши бронирования. И купи что-нибудь в Le Jardin. Мы поедим внутри. Нам тоже понадобится вино.

О небеса.

Я этого не ожидал.

Может быть, мне не следовало тыкать пальцем в медведя.

Он вешает трубку.

“ Хм... Я с трудом сглатываю. “ Правда. В этом не было необходимости. Мы все еще могли бы куда-нибудь сходить. Я имею в виду, я ненавижу, когда нам приходится оставаться дома ”.

Он кладет телефон на консоль в прихожей. - Маленькая нарушительница спокойствия, ты понятия не имеешь, во что ты только что вляпалась.

Внезапно мне становится страшно.

И до смешного возбужденный.

С нарочитым контролем, отточенным каждым движением, он снимает пиджак.

Не говоря ни слова, он протягивает его мне. Не зная, что еще сделать, я беру его и вешаю в шкаф для верхней одежды.

Нарочитыми движениями, приводящими меня в ужас, он расстегивает запонки — те, с выгравированными совами и изумрудными глазами.

Они приземляются на консоль с легким стуком. С той же неторопливой грацией он начинает закатывать рукава рубашки.

Наконец, обнажив предплечья, он обращает свое внимание на меня.

Я с трудом сглатываю.

- Я хочу, чтобы ты склонилась над кофейным столиком. Его голос шелковистый, напряженный.

- Это... - Дрожь пробегает по моей коже.

- Ты меня слышал.

Я колеблюсь, но только полсекунды. Достаточно долго, чтобы он понял, что я делаю это на своих условиях. Достаточно долго, чтобы он насладился тем, как сильно я этого хочу.

Неторопливо, немного взволнованная ощущением его рук на себе, я вхожу в гостиную, мои бедра покачиваются под этим крошечным обрывком юбки. Зная, что он наблюдает, я не спешу наклоняться и кладу обе ладони плашмя на стекло.

Напряжение в комнате гудит, как оголенный провод.

Позади меня воздух колышется.

Рука скользит вверх по задней поверхности моего бедра — медленно и уверенно, заставляя меня дрожать. Затем резким рывком он высоко задирает подол моей юбки.

У него вырывается тихое ругательство. “ О чем, черт возьми, ты вообще думаешь? Без трусиков?”

Я прикусываю нижнюю губу. - Я оказывала тебе услугу.

-Окажешь услугу?

- Избавляю вас от необходимости снимать их позже этим вечером.

“Никогда больше не делай ничего подобного, пока я не дам тебе четких инструкций. Вам все ясно, мисс Холлис?

“Абсолютно”. Спасут ли меня извинения? —Я так сильно...

Первый шлепок раздается прежде, чем я заканчиваю предложение.

Острый укол расцветает на одной щеке.

Я задыхаюсь, и от моего дыхания запотевает стекло.

“ Ты хотел привлечь мое внимание? Еще один шлепок, сильнее. - У тебя все получится.

Он проводит рукой по теплу, которое оставил после себя, затем проводит между моих бедер. Его пальцы раздвигают меня, гладят, затем едва проникают внутрь.

“ Ты уже промокла насквозь. Грязная девчонка.

Для него. Только для него.

Он скользит толстым пальцем по моей щели, обводя клитор с доводящей до бешенства точностью. Мои бедра раскачиваются без моего разрешения.

А потом... ничего.

Он отстраняется. Внезапное отсутствие причиняет боль.

“Встать”. В его словах звучит приказ.

Дрожа, я каким-то образом умудряюсь делать то, что он говорит.

- А теперь разденься для меня. Ты хотела быть полуголой, так почему бы не обнажиться полностью?

Атмосфера накаляется от напряжения. Я получаю то, что хотел, но никогда не ожидал ничего настолько интенсивного.

- Продолжай в том же духе, Серафина.

Мои пальцы тянутся к пуговицам блузки. Из-за того, что я нервничаю, я задерживаюсь дольше, чем хочу. И из-за того, что он прикоснулся ко мне, мне приходится крепко сжать бедра.

Одна за другой расстегиваются пуговицы.

Его глаза никогда не отрываются от моих.

Когда я снимаю блузку с плеч, он смотрит, как она падает.

Юбка следует за ним.

Я стою на каблуках и больше ничего. Без лифчика. Без трусиков.

Он кружит вокруг меня, как волк, решающий, куда нанести удар первым.

- Я думаю, ты забыл, кому принадлежишь.

Медленно выдыхая, я встречаюсь с ним взглядом. Не с вызовом, а с мольбой. - Напомни мне. Когда я успел настолько осмелеть?

Он проводит рукой по моему позвоночнику и снова обхватывает мою задницу. - Наклонись.

Я подчиняюсь, на этот раз опираясь на подлокотник дивана.

Он шлепает меня, методично, красиво, пока мои щеки не начинают гореть, а дыхание не учащается.

“Твоя задница всегда должна быть такого цвета”. Затем он поднимает меня вертикально и прижимает спиной к стене.

Ксавье крепко целует меня. Неумолимо. Собственнически.