Спустя несколько часов, в бесконечном ожидании, когда же наконец тронется карета, я все еще была в ярости. Единственным плюсом было то, что альфы больше не размахивали кулаками, как дети.

Самым большим сюрпризом после побоища в стиле кареты стало то, что Ашера не размазали в пыль.

В отличие от тренировок, Ашер не был медленнее Кобры и не был слабее Джакса.

Все время, пока мы тренировались в крепости, он, должно быть, сдерживался.

В раскачивающемся экипаже Ашер обменялся сильными ударами с Джаксом. Кобра двигался быстро, но Ашер уклонялся и вращался, как будто он тоже был создан для скорости.

В какой-то момент Ашер врезался рогами в бок Кобры и прижал огромного мужчину к потолку, продолжая при этом драться с Джаксом.

Я определенно злилась на Ашера, но было чертовски приятно видеть, как Кобру впечатали в потолок. Морозный ублюдок начинал выходить из-под контроля. К тому же я все еще немного злилась на него за то, что он вырубил меня вместо того, чтобы лишить девственности.

После того, как трое мужчин дрались в слишком тесном пространстве, то, что казалось вечностью, чья-то шальная конечность задела мою руку. Удар был не сильным, но я все равно вскрикнула от удивления.

Каждый альфа мгновенно застыл, и все их внимание сосредоточилось на мне. Они смотрели на меня с беспокойством, словно я была маленькой куклой, которая разбилась бы, если бы нога слегка задела мою руку.

В голову начали закрадываться мысли, что мужчины совсем меня не знают.

После того, как я раз двадцать заверила Джакса, что со мной все в порядке, и проигнорировала попытки Ашера осмотреть синяк и случайные комментарии Кобры о собственности, они наконец успокоились.

Вроде как.

Теперь я была прижата к стене, и горячее тело Кобры заставляло меня потеть. Это было странно, но впервые в жизни я поняла, какой некомфортной может быть жара.

Я также поняла, что у Кобры проблема с раздвинутыми ногами и ему нужно было научиться занимать меньше места.

В раскаленной карете было слишком много крупных тел, и напряжение, которое можно было разрезать ножом, не помогало.

В отличие от того, как он вел себя в мире перевертышей, Ашер не ругался, не ворчал и не высказывал своего раздражения.

Он стоял совершенно неподвижно, с прямой спиной и лицом, похожим на жесткую мраморную глыбу.

Раньше его татуировки добавляли ему загадочности и горячности. Он был типичным плохим парнем-бабником.

Теперь же его яркие татуировки и суровое поведение полностью его изменили. Он стал тем пугающим типом «я молча убью ублюдка».

Я не скучала по прежнему Ашеру, потому что он был раздражающим, но и эта новая версия меня не радовала.

Он был опасен. Это было очевидно по тому, как он отражал атаки Джакса и Кобры, оставаясь при этом абсолютно спокойным.

— Сэди, хочешь сесть ко мне на колени? У тебя будет больше места, — сказал Джакс, пытаясь сдвинуть свое массивное тело назад.

У меня сжался живот от мысли о том, чтобы сесть Джаксу на колени, и мне пришлось несколько раз кашлянуть, чтобы прочистить внезапно пересохшее горло.

— Спасибо, но нет, мне и с этой стеной хорошо, — я немного сдвинулась, чтобы мои маленькие сиськи не были полностью расплющены.

Это было больно.

Все три альфы зарычали, и моя кожа покрылась мурашками. Инстинкты кричали мне перерезать им глотки и рвануть в огромный лес с розовыми цветами.

В основном потому, что мне хотелось порезвиться среди них и сделать вид, будто моя жизнь не разваливается на части.

Напряжение усилилось, пот закапал с моего лица, и рука начала неметь. Внезапно стало все труднее и труднее дышать.

Я начала рвано хватать воздух.

Разумеется, мое тело решило, что именно сейчас идеальный момент для развития клаустрофобии, потому что у меня и так было недостаточно проблем.

— Подвинься. Ты ее пугаешь, — рявкнул Ашер альфа-командным голосом, и Кобра тут же отодвинул свое огромное тело от меня.

Я немного расслабилась, когда сдавливающая тяжесть в груди ослабла.

А потом напряжение в карете утроилось. Все поняли, что только что произошло. Кобра инстинктивно подчинился альфа-команде Ашера.

Иерархия доминирования альф обычно была такой: сначала Джакс, затем Кобра, затем Ашер.

Я не включала себя в эту иерархию, потому что, как женщина, я обладала другой силой и предпочитала считать, что у меня есть уникальные лидерские качества.

В моем представлении я была более убедительной, чем Джакс. Почему-то мой альфа-голос не отражал мой истинный уровень доминирования.

Мы все справлялись с этим по-разному.

Но теперь казалось, что Ашер был доминантнее Кобры.

Змеиный альфа медленно повернулся к Ашеру, и между ними пробежала волна ярости, словно живое пламя.

Я потерла лоб и сказала: