Кобра закатил глаза, словно я сморозила несусветную глупость:

— Я контролирую абсолютно всех своих змей, всегда. Мои теневые змеи — это и есть я.

Вот теперь я точно сорвалась со стула.

Ксеркс резко рванулся вперед и перехватил меня прежде, чем я успела пропахать носом пол. Дыхание перехватило, казалось, что в комнате резко закончился кислород. Я лишь беззвучно открывала и закрывала рот, как выброшенная на берег рыба, тщетно пытаясь выдавить хоть какой-то внятный звук, но из горла вылетал только сиплый, прерывистый хрип.

— Каждый раз, когда тебе было грустно или одиноко, я пытался тебя утешить, — тихо произнес Кобра.

То есть весь последний месяц он был моим персональным животным для эмоциональной поддержки. В памяти один за другим начали всплывать моменты из прошлого. Каждый раз, когда я рыдала, забившись под одеяло, змейка обвивала меня и успокаивала. Каждый раз, когда я изнывала от тревоги, она транслировала мне счастливые, теплые мысли. Каждый раз, когда я готова была умереть от изнеможения во время пробежек, она дарила мне крупицы мотивации. И каждый раз, когда я собачилась с Коброй…

Все это гребанное время…

Кобра лично утешал меня.

Джакс с силой запустил ладонь в свои волосы, яростно взъерошив их:

— И как, блядь, эта змея связана с драгоценными камнями у нее в коже? — он до хруста сжал челюсти и сжал кулаки.

Кобра посмел скрыть от него такую херню.

Кобра, которого злость Джакса вообще никак не колыхала, просто небрежно пожал плечами:

— Понятия не имею. Но когда ты падала, я влил в нее часть своей жизненной силы, так что, возможно, она стала продолжением меня. — Он многозначительно указал на сотни кристаллов, вживленных по всему его собственному телу.

Мы все дружно вылупились на него. Он что, сейчас серьезно хочет сказать, что все его драгоценные камни — это на самом деле его змеи?

Кобра плавно провел кончиками пальцев по россыпи кристаллов, украшавших его скулы:

— Это мои змеи. Просто сейчас они спят.

Да, блядь, именно это он и имел в виду.

Джакс покачнулся, словно у него тоже подкосились ноги. У Ашера карикатурно отвисла челюсть. Ксеркс испуганно отшатнулся назад, а я всерьез начала взвешивать все за и против того, чтобы отломать ножку от стула и прицельно вогнать ее себе прямо в черепушку. Ну сколько может вынести одна несчастная девственница-альфа, умеющая обращаться в саблезубую тигрицу?

— Что? — выдавил Джакс.

До меня вдруг дошло, что мне ведь не казалось, когда я думала, будто видела, как его камни шевелятся под кожей. Святой бог солнца. Я думала, что у меня глюки, а они реально двигались. Он с головы до ног покрыт гребаными змеиными драгоценными камнями. А теперь и у меня появилась парочка таких же змеиных побрякушек.

Мысли со свистом проносились в моей голове, и я отчаянно пыталась собрать этот пазл воедино. В такие моменты остро чувствуешь себя полной идиоткой, которая вообще ни черта не понимает в устройстве этой вселенной. У каждого, сука, были свои скелеты в шкафу.

Я моргнула и выпалила:

— Погоди, но ты ведь не был в своей звериной форме, когда теневая змея оказалась на моей коже?

Эта мелкая змейка шмыгнула ко мне, когда Кобра находился в своем обычном человеческом обличье, а мы можем управлять своими зверьми только тогда, когда сами принимаем альфа-форму. Я была уверена, что змея просто каким-то чудом вырвалась из-под его контроля. Мне и в голову не могло прийти, что Кобра мог полностью ею командовать. Это вообще не укладывалось в рамки логики.

В комнате воцарилась гробовая тишина: мы все дружно затаили дыхание в ожидании ответа Кобры.

Кобра лишь пожал плечами, и на его безупречном лице промелькнуло веселье вперемешку с какими-то другими, более глубокими эмоциями:

— У меня нет звериной формы. Мои змеи всегда со мной, прямо на коже. Я — чудовище в режиме двадцать четыре на семь. Просто я научился скрывать их от посторонних глаз.

Тишина стала просто оглушительной.

У него нет звериной формы?

Кобра раздраженно дернул за хрустальный ошейник на своей шее. Точно такой же ошейник сковывал и горло Аран. И тут до меня наконец доперло. Королева фейри нацепила на него эту херню, чтобы контролировать его силу, потому что обычные чары против перевоплощения на него тупо не действовали. Кобра не превращался в зверя.

Он сам по себе был змеиным монстром. Постоянно.

Я вспомнила, как Кобра вечно вел себя: эти его постоянные резкие перепады настроения, вспышки ярости и абсолютно психопатические замашки. Что ж, теперь пазл сошелся и обрел хоть какой-то смысл.

Кобра — змеиное чудовище… на постоянной основе. Он не превращался в мифического зверя, как все мы. Он сам был этой гребаным мифическим зверем.

— Ты все еще альфа или вообще хрен пойми кто? — Джакс сверлил Кобру тяжелым, горящим взглядом серых глаз.

Кобра закатил глаза и картинно облизал свой окровавленный палец: