Этот хвостатый парень, годившийся Ди Джею в отцы, мгновенно стал его лучшим другом на объекте. Рон Козловски умудрился упаковать пару жизней, полных приключений, в свои сорок четыре года. Будучи «морским котиком», он воевал во Вьетнаме и был ранен в перестрелке подо Чулаем. В качестве коммерческого водолаза он поработал на внутренних и морских объектах по всему миру. При всей своей работоспособности этот самоуверенный тип точно так же фанател от серфинга, фотографии и маунтинбайка, а зиму целиком проводил на своей фазенде в Коста-Рике. Большинство вермонтских водолазов ютилось в одном мотеле, но Ди Джей последовал за Козловски в другой, в десятке миль оттуда. Они оба работали в ночную смену, и Козловски научил его, среди прочего, тому самому фокусу с «пауком» для сугрева. Они стали проводить вместе дни напролет — катались на сноубордах или просто расслаблялись за кружечкой пива в мотеле. В лице Козловски Ди Джей разглядел образ будущего, к которому стремился сам.

Козловски предупреждал Ди Джея: у водолазной романтики есть изнанка. Каким бы опытным ты ни был, опасность подстерегает всегда. Годом ранее он чинил электрические кабеля, зарытые прямо в морское дно на 130-футовой глубине в пролиге Лонг-Айленд. Проползнув по длинному участку в условиях нулевой видимости, он наконец обнаружил поврежденную муфту, которую нужно было починить. Но попытавшись встать, он с ужасом понял, что не может поднять голову выше чем на пару футов. Когда муть немного рассеялась, налобный фонарь на шлеме выхватил из темноты рыбацкую сеть — он намертво запутался в гигантском трале. Его охватила паника, но опыт подсказал: страх приведет к гипервентиляции легких. Чтобы сбить ее, он добавил воздуха в «шляпу». Через переговорный провод в пуповине он сообщил напарнику на лодке наверху, что попал в переплет. С бешеным стуком сердца он лег плашмя на живот и начал пятиться назад. Протиснувшись футов пятьдесят, он пошарил рукой впереди. Сети не было. Путь свободен. На следующий день судно вытащило ту брошенную рыболовную сеть — ее длина составила двести футов.

Козловски знал, что Ди Джей — амбициозный парень, у которого есть близкая к сердцу мать и девушка, по которой он сходит с ума. Дана, парикмахерша, не раз навещала Ди Джея в Вермонте. Сам Козловски был уже в возрасте и в разводе. Тем не менее он достаточно повидал, чтобы предостеречь Ди Джея: никогда не выкладывай близким всю правду о том, насколько опасен дайвинг. Он рассказал о футболке, бывшей популярной в их кругах, когда он только начинал. На ней красовался водолаз в шлеме, играющий на пианино, на крыше которого возлежала полуголая девица. А ниже шла подпись: НЕ ГОВОРИ МОЕЙ МАТЕРИ, ЧТО Я ГЛУБОКОВОДНЫЙ ВОДОЛАЗ, СКАЖИ ЕЙ, ЧТО Я ТАПЕР В ПУБЛИЧНОМ ДОМЕ.

Ди Джей впервые столкнулся с Тэпом Тейлором, когда тот приехал в Беллоус-Фолс подработать сверхурочные. Тэп трудился в Верноне — вермонтском городке чуть ниже по течению — на другом проекте того же генподрядчика, уважаемого строительного гиганта «Кивит». Позже Ди Джей узнал, что полное имя Тэпа — Джордж Тапли Тейлор III, имя, из-за которого он звучал скорее как наследник гарвардских традиций, чем как крепкий, работящий водолаз. Так что остался просто Тэпом.

Как и Ди Джей, Тэп вступил в профсоюз недавно. Этот работяга обладал мясистыми ручищами тисками, которые казались вечно в движении. Тридцатилетний кареглазый парень с залысинами дома в Нью-Гэмпшире оставлял жену и годовалую дочурку. Проучившись в колледже всего один семестр, он бросил его и провел несколько веселых лет горнолыжным инструктором в Колорадо, а затем несколько менее веселых — помогая отцу строить дома. В коммерческом дайвинге, признавался он Ди Джею, он наконец обрел свое призвание.

Недостаток профессиональной подготовки — школу водолазов Тэп не заканчивал — он с лихвой компенсировал упорством. Вскоре после получения сертификата аквалангиста в старшей школе он загорелся историей затонувшего в 1710 году у берегов штата Мэн судна близ острова Бун. Он не только нырял в поисках обломков у побережья, но и договорился с Бостонской публичной библиотекой о доступе к судовому журналу: натянув белые перчатки на свои мозолистые руки, он трепетно переворачивал каждую страницу. Ди Джею стало очевидно: если Тэп чем-то загорался, то отдавался этому целиком.

По мере того как Тэп все чаще подменял смены в Беллоус-Фолс, они с Ди Джеем сошлись ближе. И хотя Тэп был семейным человеком, надрывавшимся ради первоначального взноса за дом, беззаботный стиль Ди Джея напоминал ему о собственных деньках разгульного холостяка. Ди Джей же видел в Тэпе прямого парня, умевшего повеселиться, но четко знавшего, куда он идет по жизни.

Короче говоря, на вермонтском объекте у Ди Джея появилось два близких друга. Поначалу вся троица отлично ладила. Однако вскоре между Козловски и Тэпом пробежала черная кошка. Отчасти дело было в характерах, но главным образом — в отношении к руководству.