— Все.

Он наклонился вперед, пристально глядя ей в глаза.

— Честно говоря, какой белый человек мог бы сделать такое?

— Те белые, которые заполняют тюрьмы. Или те, кто, как вы, считают, что виноваты всегда другие.

Он пожал плечами и дал ей бумагу для заполнения. Чертбелых супрематистов. Вас здесь больше, чем во всем Квебеке, подумала Леони. Когда она вышла из почтового отделения, она не попрощалась с ним и, оказавшись на улице, расслабилась, прежде чем позвонить по телефону. Тео Пакетт ответил на первый же звонок.

— Я как раз собирался вам позвонить, — сказал он голосом, который, казалось, доносился до нее с другого конца планеты.

— В таком случае, слушаю вас.

— Во-первых, что касается мобильного телефона жертвы, плохая новость: он не выдержал ночи в снегу, он вышел из строя.

— Даже SIM-карта не пригодна для использования?

— Нет. Придется запросить подробную информацию о звонках. Что касается анализов, то здесь тоже ничего нет. Мы не нашли ничего, кроме ДНК людей, которые контактировали с трупом. Ничего примечательного и в токсикологических анализах, жертва была чиста.

Более интересно, однако, то, что я получила в ответ на этот кусок клыка, найденный на месте преступления.

Леони укрылась в своей машине, завела двигатель и включила обогрев на полную мощность.

— Животное?

— Не совсем. На самом деле, это рога карибу, вырезанные с большой точностью, вероятно, с помощью алмазного напильника для самой острой части. Иллюзия была совершенной.

В какой-то мере полицейская почувствовала облегчение. В конце концов, все это сводилось к преступнику из плоти и крови. Человеку, который, вероятно, нацелился на инуков, выдавая себя за объект их страха. Но кто, кроме самих коренных жителей, мог так обрабатывать рога карибу? Кто, кроме членов общины, знал о собаках? В быстро сгущающейся темноте Леони бросила беглый взгляд на группу из трех детей, которые шли по улице с рюкзаками за спиной, чтобы вернуться домой. Двадцать лет назад она была на их месте. Жизненный цикл продолжался...

— А вы хотели со мной поговорить? — спросила Пакетт, чтобы прервать молчание.

— Да. Я хотела сказать, что в начале следующей недели вы получите посылку. Это книга. Я хотела бы, чтобы вы провели экспертизу отпечатков пальцев, а если это не даст результатов, то и ДНК.

— Книга?

— Автор — инну, но это не важно. Я нашла ее в комнате жертвы, спрятанную под подушкой кресла. Вы не заглядывали в нее?

— Простите, то есть я...

— Не беспокойтесь, я вас не виню, это моя работа — искать, а не ваша. Возможно, это будет напрасная трата времени, но я предпочитаю убедиться, что мы ничего не упустили. Вероятно, будут различимые следы, мои и местных полицейских. Мне нужен список всех, кто прикасался к этой книге, идентифицированных или анонимных.

Леони прижала кулак к губам, ожидая его ответа.

— Хорошо, — сказал техник. — Я займусь этим, как только получу ее. А в остальном есть прогресс?

— Появляются новые зацепки. Посмотрим, куда они нас приведут.

Она поблагодарила его и, облегченно вздохнув, повесила трубку. Она, по сути, подтасовывала результаты расследования. Эта книга, которую ей прислали, появится в отчетах, в списке расходов. Возможно, это вызовет ненужные вопросы, но это не имело значения. Наконец-то у нее появилась возможность узнать правду. Получить окончательное, неопровержимое доказательство того, что Лиотта собственноручно оставил эту книгу у ее дачи. И что, следовательно, он изнасиловал ее. А когда она узнает правду, она добьется от него двух других имен, по доброй воле или силой.

Ее хотели запугать. Но скоро страх перейдет на другую сторону.

34

Конни Тремблей вернулась на свое место за столом. Она показала листовку, которую Патрик все еще держал в руках.

— По словам Морган, Катия была четвертой коренной жительницей, исчезнувшей при загадочных обстоятельствах за два года. Как и многие, она была особенно уязвимой и впечатлительной молодой женщиной, которая время от времени приходила в наш приют.

Полицейский старался не волноваться, слушая полученные сведения. Нужно было действовать спокойно, методично. Он внимательно посмотрел на дату в объявлении о розыске. Оно было составлено четыре года назад.

— «По словам Морган, - говорите вы. Вы не верили в это?

Директор глубоко вздохнула.