— Так, — прошептала я в тишину, хватая два ингалятора и вырывая их из упаковок.

Они отправились прямиком на прилавок вместе с четырьмя картриджами «Фликсотида»3. Еще я прихватила упаковку ферментов для Макены. Следом пошел амоксициллин, а для верности я взяла аспирин и марлю. Все это нужно во что-то упаковать. Пластиковый пакет сойдет, но тканевая сумка была бы лучше. Меньше шума. Хотя гора таблеток будет греметь в любом случае.

Только я потянулась за витаминами, как руки замерли — снаружи за окном послышался шорох.

Это могло быть что угодно.

Может, собака или пластиковый пакет, зацепившийся за сломанную колонку на заправке напротив.

Я медленно присела, пытаясь прокрасться к прилавку. Но осколки стекла, застрявшие в подошве кроксов, отчетливо цокали по черно-белому линолеуму, как при чечетке.

Я затаила дыхание.

Прислушалась. Совсем рядом.

Снаружи здания кто-то двигался.

Топ…

Шаги.

Тяжелый, но осторожный. Ладони вспотели, нервы натянулись до предела. А вдруг это человек? Отец, ищущий смесь для младенца. Или наркоман в поисках последней дозы перед концом света.

Надо было выглянуть из-за стойки.

Я выглянула и тут же об этом пожалела.

Один из них стоял прямо перед окном, широко расставив ноги. Ростом под семь футов4. Волосы, кажется, светло-каштановые. Глаза темно-зеленые. Совершенно точно светящиеся.

Я снова сползла вниз, притворяясь, что меня не существует.

Может, если я буду его игнорировать…

Динь… динь-динь…

Холодный пот выступил на лбу.

Дверь все это время была не заперта, и колокольчик возвестил о его приходе. Как и шаги. Тяжелые подошвы дробили осколки.

— Вы ранены? — Голос с сильным акцентом и раскатистым «р», но тон спокойный, собранный. — Если вам больно или нужны лекарства, позвольте мне помочь.

Топ…

Еще шаг.

Я судорожно глотала воздух, дыша так редко, что голова начала кружиться.

Что мне делать?

Куда бежать?

Даже если выберусь, я не могу вернуться в ресторан и привести его к Макене. Но и сдаваться я не собиралась. Просто сидеть тут и…

— Как тебя зовут, леска?

Я всхлипнула на вдохе и медленно подняла глаза.

Руки сложены на прилавке, тело слегка наклонено над белой поверхностью. Черная форма обтягивает широкую грудь. В воротник вшиты узоры в виде переплетенных ветвей. Да, я видела все эти детали в миллионах кадров, и сердце замерло, отказываясь издавать хоть звук.

Подбородок и нос — сплошные прямые линии, застывшие в строгом нейтралитете. Изумрудные глаза впились в меня: такие яркие и в то же время будто лишенные всяких эмоций.

От бешеного пульса конечностям стало жарко.

Я рванула.

Руки замелькали во все стороны, когда я подскочила. Побежала к полкам. К задним помещениям. В аптеках обычно есть черный ход. Должен быть!

Топот.

Пол задрожал под ногами.

Но я продолжала бежать, выжимая из мышц всю силу, что у меня была. Мне не нужно было оборачиваться, чтобы понять: он перемахнул через прилавок и бросился вдогонку.

Дрожащими пальцами я потянулась к ручке кабинета. И как только холодный металл обжег влажную ладонь, а дверь распахнулась, мой подбородок встретился с полом. Секунду спустя щека проехалась по потертому линолеуму, и крошка впилась в кожу.

— Я устал и вымотан, — произнес он небрежно. — Сопротивление тебе не поможет. Тебе не причинят вреда, даю слово.

Я перевернулась на спину, пистолет больно уперся в позвоночник, глядя, как он подтягивает меня к себе за лодыжку. Резкий удар пяткой ему по запястью, и он разжал руку. Я потянулась за спину и выхватила ствол.

Предохранитель долой.

Спуск.

Бах!

Куда я попала, не разобрать, но он застонал.

Я вползла в кабинет и огляделась.

Стол. Шкафы с бумагами.

Ни двери, ни окна.

— А-а! — вскрикнула я.

Запястье обожгло болью.

Его рука сжала мою с такой силой, что мышцы отказали. Другой рукой он вырвал пистолет и швырнул на стол рядом. Подтянув колено к груди, я ударила по рваной ране на его бедре.

Он издал оглушительный рык, его тело выгнулось надо мной.

Воздух выбило из легких, жар навалился на грудь с такой силой, что мучительный ужас пригвоздил меня к полу.

Рухнув на меня всем весом, он пресек любой бунт.

Я брыкалась и толкалась, пытаясь выскользнуть из-под него. Но он перехватил мои руки и прижал их над головой, вплотную прижавшись бедрами к моим.

— Прекрати! — крикнул он.

Чем сильнее я извивалась, тем сильнее сужался его взгляд. Пока я не почувствовала биение… пульса, толчки прямо между ног. Тогда я замерла.

Все мое тело оцепенело.

Как и его.