Я знал, что не смогу уснуть без нее рядом. Находясь так близко, стоило мне услышать, как ее дыхание замедлилось, я прокрался внутрь и обнял ее настолько нежно, насколько осмелился, чтобы не разбудить.

А чтобы точно уйти до того, как она проснется, я не спал всю ночь и наблюдал за ней.

Одно можно сказать наверняка: взлом в квартире Селин — дело странное, и я сделаю все возможное, чтобы она была счастлива и здорова, пока помогаю во всем разобраться. Я уже написал Аве, узнать, есть ли новости, и она сказала, что у них пока глухо. Меня это и тревожит, и радует, потому что Селин останется со мной подольше, но меня бесит мысль, что тот, кто это сделал, все еще на свободе.

Когда я поймаю этого мерзавца, я заставлю его заплатить. Меня бесит одна только мысль, что кто-то посмел причинить Селин хоть малейшее неудобство.

— А если я приготовлю на ужин карбонару? — мягкий голос моей девушки щекочет ухо, пока она тянется на цыпочках к коробке с пастой, но я легко перехватываю упаковку и закидываю в тележку. Ее карие глаза смотрят на меня с благодарностью.

— Звучит восхитительно, хотя я бы предпочел съесть тебя, — я, конечно, перегибаю с флиртом, и раз ее щеки каждый раз вспыхивают румянцем, оно того стоит.

— Зав! — шипит она, но я лишь посвистываю, пряча руки за спину.

— Что нам еще нужно для рецепта? — Мое внимание привлекает банка соуса для спагетти с какими-то странными специями, о которых я никогда не слышал. Люди и их вечное стремление испортить все хорошее. — Я никогда не готовил ее сам, только ел в ресторанах.

Я даю ей передышку от моих подколов, и мы идем дальше по магазину, беря бекон, яйца, пармезан и все остальное для пасты. Селин действует быстро и вычеркивает ингредиенты из списка на своем телефоне.

Только посмотрите на нас — клуб любителей списков.

— Ой, постой, я хочу заглянуть в отдел товаров для животных — вдруг там есть новая игрушка для Миднайта. Мне так жаль снова срывать его с места, пусть даже всего лишь в соседнюю квартиру. С ним это уже не впервые: сначала из-за папы, теперь из-за меня.

Она начинает бормотать себе под нос, перебирая кошачьи игрушки и изучая их описания. Оказывается, ее кот ужасно боится кошачьей мяты, так что игрушка должна быть без нее.

Прежде чем она успевает отреагировать, я выхватываю игрушку у нее из рук и закидываю в тележку. Она ничего не говорит, но я буквально слышу ее возмущение.

Я иду до конца ряда и перехожу в соседний, где располагается небольшой отдел детских товаров и настолок. Мне триста лет, но в душе я все еще ребенок. Не ища ничего конкретного, я неспешно прохаживаюсь, чтобы посмотреть, что сейчас в тренде. Различные наборы коллекционных карточек, куклы и даже игра, в которой нужно швыряться друг в друга плюшевыми буррито, вызывают у меня лишь презрение. Если уж в вас проснулась агрессия, зачем ограничиваться плюшевой едой? Швырните стул или что-нибудь в этом духе.

Решив, что с меня довольно, я замираю на месте, заметив товар на промостойке в конце ряда.

— О, привет. А ты у нас что такое? — я хватаю коробку и убеждаюсь, что мои глаза меня не обманывают. — Ты идешь домой со мной.

По громкой связи на весь магазин, во всем своем шипящем великолепии, разносится объявление:

«Завьер Локвуд? Мы ищем потерявшегося ребенка по имени Завьер Локвуд. Если это ты, твоя мама ждет тебя у касс».

Из груди вырывается смех, и я направляюсь к выходу с широченной ухмылкой. С моим размашистым шагом это не занимает много времени, так что вскоре я уже вижу Селин с сумками в руках. Она меня еще не заметила, так что я оплачиваю свою находку на кассе самообслуживания и только после этого оказываюсь перед ней. Ее карие глаза встречаются с моими, и я сразу понимаю: она считает себя невероятно остроумной. Что ж, я с радостью готов подыграть ей, лишь бы на ее лице была улыбка, пусть даже она ведет себя нелепо.

— Ты даже не попыталась искать меня. — И это правда: я бы учуял ее, но она даже близко не подходила.

Я освобождаю ее руки и несу большую часть сумок сам.

— Я знаю, — она улыбается, встряхивая затекшей рукой. — Похоже, тебе нравится на меня гавкать, вот я и позвала домой своего потерявшегося щенка. — Она похлопает меня по голове, будто ставя точку в споре, а я, к своему стыду, наслаждаюсь этим.

— Поехали. Мы купили все, что нужно, а я умираю от голода.

Зонт

ВЫРЕЗАННАЯ СЦЕНА

Эта вырезанная сцена совсем короткая, но очень милая. Небольшой эпизод с Завом и Селин, а кто не любит такие трогательные моменты?

Эта бонусная сцена публикуется без редакторской правки в том виде, в каком была вырезана из романа — прим. автора.