— Сейчас!

Циррус крутанула палку, ударив мужчину по животу. Когда он согнулся пополам, Поппи брызнула ему в глаза чистящего средства.

— Альбедо!

Мальчик толкнул мужчину, надеясь ударить его головой о полку. Мужчина врезался в стену, опрокинув на себя полку и ее содержимое.

— Беги!

Едва переступив порог, Циррус услышала, как ее имя застонало в знакомом стоне. Она остановилась.

— Подождите, дети.

Циррус щелкнула выключателем и увидела, что Сэйдж лежит на полу, вытирая пену с лица.

— Сэйдж, — закричал Альбедо, — мы думали, что ты мой отец!

Мальчик схватил тряпку и потер его глаза и нос. Циррус толкнула их всех в крошечное пространство и закрыла дверь.

— Мне очень жаль, Сэйдж, — начала Циррус.

— Да, — добавил Поппи, — мы думали, что ты большой уродливый парень.

— Поппи, — проворчала Циррус, — это отец Альбедо, о котором ты говоришь.

— Не волнуйся, мама Поппи, — сказал тихий голос. — Я решил, что не вернусь домой.

Циррус действительно нужно было, чтобы ребенок называл ее как-то иначе. Может просто «мама». Подожди, что он сказал?

— Ты не вернешься домой? — повторила Циррус, не уверенная, правильно ли услышала или что-то воображала.

— Нет. Я убегаю.

Поппи взяла его за руку.

— Ты можешь остаться с нами.

Сэйдж лежавший с одним налитым кровью глазом, взял руку Циррус.

— Могу ли я тоже остаться с тобой?

Циррус ахнула, прижимая ладонь ко рту. Сэйдж действительно это сказал? Он действительно ее любил? Впервые за многие годы Циррус позволила себе поверить, что сможет найти счастье. Поппи значила для нее все, но любовник разделял другую часть сердца.

Ее дочь ткнула ее.

— Мама, — прошептала Поппи, — он может быть нашим папой. И тебе нравится его задница, так что скажи «да».

Циррус поняла, что все смотрят на нее, ожидая ответа.

— Да, — выпалила Циррус.

В ее разуме не было вопроса, каким будет ее ответ. Она обняла его за плечи и частично подняла, поцеловав.

Его руки обвились вокруг нее, и Циррус почувствовала себя целой. Чего-то всегда не хватало, и теперь она знала, чего именно. Его. Мало того, что искала лекарство от болезни легких своей дочери, Циррус искала лекарство от ее разбитого, одинокого сердца. Этот мужчина наполнил ее до отказа.

Ее слезы упали Сэйджу на лицо. Она отстранилась и вытерла его лицо.

— Мне очень жаль, Сэйдж

— Нет. У меня все в порядке. На самом деле, я сейчас более чем счастлив.

Его улыбка растопила ее в лужу. Сэйдж снова поцеловал ее.

— Мама Поппи, — сказал Альбедо.

Циррус взмахнула рукой в воздухе.

— Просто зови меня мама, хорошо?

Его глаза остекленели, нижняя губа задрожала.

— Я никогда никого не называл мамой.

По его щеке стекла одинокая слеза. Циррус была уверена, что Хасс вколачивает в мальчика, чтобы никогда не показывать своих эмоций, особенно слез.

Циррус притянула ребенка к себе, опустилась на колени рядом с мужчиной, которого любила всем сердцем, и обняла его. Поппи обняла их обоих, затем почувствовала, как сильные, надежные руки окружают их всех. Они все были вместе, как и положено тряпичной семье.

— Мама, — сказал Альбедо с треском в голосе, — нам пора. Солдаты, вероятно, сейчас на поле.

— О, верно.

Циррус помогла Сэйджу подняться на ноги. Она посмотрела на него с застенчивыми глазами.

— С тобой будет все в порядке?

Сэйдж чмокнул ее.

— Теперь я в полном порядке. — Его глаза яростно слезились. Черт, ей было плохо. — За исключением того, что я не очень хорошо вижу в данный момент.

Циррус повернулась там, где стояла спиной к двери. Двигаться было некуда.

— Я поняла.

Она выключила свет, чтобы обеспечить прикрытие, если кто-то был в зале. Циррус высунула голову и посмотрела в обе стороны.

— Мы близко к трапу, — прошептала она Сэйджу. — Сюда.

Все они взялись за руки и поспешили к выходу.

— Я вижу его, — сказала Циррус, когда они подошли.

Из пересекающегося прохода она увидела тень в углу. Бэй Этч вышла, останавливая их. Женщина посмотрела на Сэйджа и подняла губу.

— Я знала, что ты слишком хорош, чтобы быть правдой. — Затем сука взглянула на Поппи, и на дыхательную трубку, обернутую вокруг нее. — Ну, теперь, — сказала она, кладя кулаки на бедра, — многое начинает обретать смысл.

Циррус увидела, как взгляд Бэй загорелся.

— Мне было интересно, почему ты подаешь заявление на работу, если у тебя не было опыта уборки. Я просто думала, что ты идиотка. Но нет, ты точно знала, что делаешь. Кража лекарств у ребенка.

Альбедо вышел вперед.

— Нет, она не крала. Я дал ее ей, потому что она мой друг.

Бэй подошла к мальчику и ударила его по лицу.