В этом сибирском городе было несколько минут первого ночи, когда одинокая женщина шла по кампусу Иркутского государственного университета, прежде чем перейти улицу и направиться на площадь Кирова.

Азиатка была кореянкой, но, владея китайским на хорошем уровне, могла сойти за китаянку. Самым слабым языком для неё был русский.

При росте пять футов шесть дюймов и сто двадцать дюймов она никогда не представляла собой ничего пугающего. И ей это нравилось. Но иногда это доставляло ей неприятности, поскольку другие считали её уязвимой. Возможно, беспомощной.

Тем не менее, она шла уверенно, её низкие каблуки цокали по причудливой брусчатке этой главной достопримечательности Иркутска. Площадь была окружена правительственными зданиями и буквально застроена ими, а по внешнему краю располагались университетские корпуса двух крупных вузов.

Ким Сора остановилась в отеле в двух кварталах отсюда. Ранее днём её контакт оставил след в их тайнике, что и побудило их встретиться поздно ночью. Она свела своё общение с Национальной разведывательной службой Южной Кореи (НИС) к минимуму. Поскольку она ездила в

Находясь в России по деловой визе, она подозревала, что за ней постоянно следят. КГБ, возможно, уже давно исчез, но ГРУ, ФСБ…

Она знала, что СВР была столь же активна и смертоносна. Более того, СВР, Служба внешней разведки Российской Федерации, действовала по всему миру с таким же рвением, как и старый КГБ.

Она увидела впереди своего собеседника. Он стоял вдоль каменной стены, увенчанной кованым железом, его лицо освещали чёрные фонарные столбы с пятью лампами в двадцати метрах от него.

Ее контактом был российский инженер, работающий в Министерстве обороны в сотрудничестве с получастной компанией, принадлежащей старому другу президента России Антона Зимы.

Насколько Сора мог судить, Олег Орлов был блестящим авиационным инженером, работавшим над новейшей системой наведения ракет. Конечно, он был чудаком. У него были длинные и вечно взъерошенные волосы. Борода, тронутая сединой, доходила до шеи и всегда была заляпана остатками его последнего приёма пищи.

Орлов был одет в плотную шерстяную куртку и джинсы, закатанные у щиколоток, словно не знал своего размера. Его правый кожаный ботинок был потёрт на носке из-за лёгкого волочения ведущей ноги.

«Приятный вечер для прогулки», — сказала Сора. Ее русский не был идеальным, но ее ясно поняли.

«Особенно с хорошенькой дамой», — сказал Орлов, улыбаясь сквозь пожелтевшие от сигарет и кофе зубы.

Они обменялись поцелуями в щёку, словно старые друзья, и медленно двинулись на юг. Морозный воздух, казалось, сблизил их. Неприятно, по мнению Соры.

«В чем проблема?» — спросил Сора.

«Твои люди будут здесь утром», — сказал он, как будто это что-то для нее значило.

«Мои люди?»

«Это противоречие в терминах», — сказал он.

Она промолчала, ожидая, пока он закончит свою мысль. Она знала, что инженеры могут быть плохими коммуникаторами. Их разум обрабатывал данные с такой скоростью, что им требовалось время, чтобы ясно выразить свои мысли.

«Корейская Народно-Демократическая Республика», — наконец сказал Орлов. «В названии вашей страны почти всё неправильно. Вы же это знаете, да?»

Она знала, что её кузены на севере правильно ответили только на вопрос о Корее. Но она не могла позволить Олегу Орлову узнать, что она из Южной Кореи. Вместо этого она сказала: «Мы бедная страна, Олег. Нам нужны такие друзья, как Россия».

«И, полагаю, Китай». Он помедлил достаточно долго, чтобы вытащить пачку сигарет из кармана пальто. «Вы не против, если я закурю?»

«Вовсе нет», — сказала она. Сора боролась с желанием курить с тех пор, как приехала в Россию. Но два года назад она бросила эту пагубную привычку.

«Хотите?»

Она покачала головой.

Он пожал плечами и закурил сигарету, дым поднимался вверх вместе с холодным воздухом.

Наконец, она сказала: «Я не вхожу в состав делегации. Конечно, мои проблемы имеют параллельную направленность». Теперь она подбирала слова более осторожно. «Моя работа более... важна для наших людей».

"Я понимаю."

Но он этого не видел, она знала. На самом деле её миссия была полной противоположностью миссии северокорейской делегации, которая прибывает завтра.

Вот почему НИС заранее направила ее сюда, чтобы связаться с этим инженером.

Олег Орлов был не просто случайным выбором. СНБ подставила ему несколько недель назад ловушку в виде мужчины-проститутки. Теперь они использовали рычаги давления, чтобы получить больше информации. Затем её отправили, чтобы заключить сделку, что она и сделала в последние несколько дней.

«Мне нужно знать заранее, планируете ли вы продать нам систему наведения, — сказал Сора. — Или ваше правительство просто играет в игры?»

Русский остановился и повернулся к ней, сигаретный дым клубился у его правого глаза. Он нежно коснулся её правой руки, словно отец дочери.