Громкий смех срывается с ее идеальных губ.

— По-моему, все твои сотрудники дают такие же обещания тебе в отделе кадров в первый рабочий день.

Я иду к ней, а она отступает шаг за шагом, пока спиной не упирается в окно. Все еще держа бутылку, я нависаю над ней, заставляя слышать каждое мое слово.

— А все мои сотрудники знают, как я звучу, когда кончаю?

— Беккет.

Ее тихий стон тянет меня ближе. Мне отчаянно хочется почувствовать вкус этих губ, когда она произносит мое имя вот так.

— Я умираю от желания узнать, как ты выглядишь, когда кончаешь, Ливи. Умираю.

Ее брови сходятся, она всматривается в мое лицо.

— Мы ведь не… тогда… — Она на мгновение опускает взгляд, потом снова поднимает его и смотрит мне в глаза. — Я проснулась голой рядом с тобой.

Я усмехаюсь.

— Ты про то утро, когда ты от меня улизнула?

Румянец заливает ее щеки.

— Да, мы… эм… — Она ходит вокруг да около.

— Трахались? — подсказываю я. — Это слово ты ищешь, Ливи? Думаешь, ты бы не вспомнила, как я трахнул тебя в первый раз? — Я прижимаюсь к ней, выравнивая наши бедра, и толкаюсь вперед. — Думаешь, ты бы не чувствовала меня между этими бедрами на следующий день?

Я вдвигаю колено между ее ног и давлю вперед, разводя их. Опускаю рот совсем рядом с ее губами, моя щека касается ее щеки.

— Открой, — хриплю я.

Лив подчиняется, приоткрывая эти роскошные губы. Я подношу бутылку шампанского и ввожу внутрь лишь край горлышка. Ее язык выскальзывает и облизывает его изнутри, заставляя нас обоих застонать.

— Блять, — бормочу я.

Я наклоняю бутылку, и прохладная жидкость льется ей в рот. Наблюдая, как движется ее горло, пока она глотает, мои мысли становятся все грязнее. Я не могу не думать о том, как хорошо она выглядела бы, глотая что-то еще. С губами, сомкнутыми вокруг чего-то еще. Захлебываясь чем-то еще.

Я отстраняю бутылку и делаю глоток сам. Пока пузырьки еще танцуют у меня на языке, я тяну ее за нижнюю губу, наклоняюсь и сплевываю шампанское ей в рот. Ее глаза распахиваются, но я не даю ей времени среагировать. Мои губы врезаются в ее, языки сплетаются. От одного вида того, как она принимает то, что я ей даю, меня накрывает голодом. Я глотаю ее стон вместе с шампанским, и Лив делает то же самое.

Она упирается в меня.

— Беккет, подожди… — Ее взгляд дикий, когда она смотрит на меня. — Нам нужно…

— Поговорить? Да, с разговорами я на сегодня закончил, Ливи. Работа? К черту. — Сделав еще один глоток шампанского, я наклоняюсь, кусаю ее нижнюю губу, потом облизываю и снова целую.

— Господи, — шепчет она, притягивая меня ближе.

Я опускаю лоб к ее лбу и выдыхаю, дыхание рваное.

— Иди отдохни немного, Ливи. На сегодня у меня на тебя большие планы.



— Здесь всего одна кровать, — шепчу я в трубку.

— Одна что? — переспрашивает Дилан.

— Одна. Кровать, — шиплю я.

— О! — на другом конце провода Дилан звучит подозрительно довольной. — А где он сейчас?

— В душе. Сказал мне отдохнуть. Что у него, цитирую, на меня сегодня большие планы.

— О боже. Тебя точно сегодня уложат.

Я облизываю губы. Почти уверена, что то, что задумал Беккет, в категорию «уложат» не вписывается. Этот мужчина плюнул мне в рот, и мне это понравилось.

Я всегда думала, что если мужчина сделает нечто подобное, я заеду ему коленом по яйцам. Но когда Беккет Лэнгфилд сплюнул шампанское мне на язык, во мне будто сорвало все предохранители. Я едва не умоляла его сделать это снова.

Боже. Беккет, мать его, Лэнгфилд — зверь, и я абсолютно за.

— Ну, ты сама слышала. Клади трубку и иди отдохни, — говорит Дилан.

Я кладу телефон на тумбочку и шумно выдыхаю. Я чертовски на взводе. Мне сейчас точно не до отдыха. К тому же, а вдруг я задремлю, и он застанет меня в таком виде? Я не знаю, как выгляжу во сне, но когда мужчина, похожий на гребаного бога, принимает душ и, возможно, готовится меня разорвать… в общем, я не хочу валяться в постели, выглядя как свинья. И я имею в виду буквально свинью. Когда мне жарко, руки становятся розовыми, а надеть обратно свитер, чтобы их прикрыть, невозможно. В этом городе чертовски жарко.

Хватит, Лив. Беккету явно нравится то, что он видит.

«Я всегда смотрел. И мне всегда нравилось то, что я видел». Слова Беккета снова заставляют меня ерзать, изнывая от желания.

Может, включить аудиокнигу. Немного вылезти из головы. Сосредоточиться на вымышленной паре, о которой я читаю и которая сама себе мешает. Да, именно это мне и нужно.

— Хочешь, чтобы я трахал тебя, пока ты не поймешь, что ты моя? — голос Джо Ардена вырывает меня из забытья.

Боже, этот мужчина может читать телефонный справочник и это все равно будет звучать сексуально. Похоже, я все-таки задремала. Я пару раз моргаю и понимаю, что взгляд моего мужа прикован ко мне.