— Так, — сказала Шейла, расхаживая по комнате и потирая ладони. — Значит, очевидно, тебе надо уничтожить его в суде.

— Дело не в мести. Дело в справедливости. — Я сделала глоток вина, на этот раз распробовав его.

Лив поджала под себя ноги и повернулась ко мне на диване.

— Его клиент виновен?

— Это не мне решать. Я представляю доказательства, а присяжные выносят вердикт.

— Серьезно? — фыркнула она. — У Делии Мастерс нет мнения?

Я тихо рассмеялась.

— Неофициально — есть. Он чудовище, которое заслуживает гнить за решеткой.

— Логично, — вставила Дилан. — Дерьмо к дерьму тянется. Так какие сроки? Нам надо составить план, чтобы ты его уничтожила.

— У него безграничные ресурсы. Вы это знаете. А я государственный служащий. Обычно такие дела очевидны, но обвиняемый — богатый и влиятельный мужчина. Доказательства у меня сильные, но это не всегда имеет значение.

Правосудие редко бывает справедливым. И почти никогда — равным для всех. Этот урок я усвоила быстро. Уголовный суд совсем не похож на то, что показывают по телевизору. Он полон печали, утраченных возможностей и сломанных людей, отчаянно ищущих искупления.

И все же я любила эту работу. У меня была сила делать жизни лучше, а общество — безопаснее.

И к этой ответственности я относилась очень серьезно.

Дилан потерла мне плечи.

— Мы с тобой, Дел. Все, что понадобится. Я прямо сейчас отправляю это во Вселенную. — Она откинула голову и продолжила, уже обращаясь к потолку: — Это будет лучший процесс в твоей жизни. И ты закинешь его задницу прямо в гребаный океан, ясно?

— Да, — добавила Лив. — Если тебе понадобится тихое место для работы, можешь поехать в пентхаус Беккета. И мы можем отвозить девочек в школу по дороге на стадион столько, сколько потребуется.

— Я буду готовить тебе всю еду, — сказала Шей. — Наверное, стоит увеличить количество крестоцветных овощей, чтобы компенсировать стресс.

Глаза у меня наполнились слезами, а сердце болезненно сжалось.

— Вы у меня самые лучшие.

Дилан сжала мою руку.

— Мы в этом вместе. Любой твой враг — наш враг.

После этих слов слезы покатились у меня по щекам.

— Спасибо. Я вас не заслуживаю.

Они сгрудились вокруг меня, заключая в огромные общие объятия.

— Мы ради тебя на все пойдем, — сказала Лив. — Ты открыла для нас свой дом. Помогла нам снова встать на ноги и вытащить головы из задниц, чтобы взять то, чего мы хотели.

Шей и Дилан согласно кивнули.

— Мы прикроем тебя. Сейчас и всегда, — сказала Шейла.

— Я вас люблю, — сказала я, уже всхлипывая в голос.

— И мы тебя любим.

Наш уклад, может, и был необычным, но я каждый день благодарила Вселенную за то, что она послала мне этих невероятных женщин. Кому нужен мужчина, когда у тебя есть три чертовски крутые лучшие подруги? Мне точно нет.

16

Делия

Дерьмо. За окном стояла сплошная белая пелена.

Именно этого мне и не хватало. Метель. Время хуже было не придумать. На меня ждали горы работы, впереди маячил суд против моего профессионального заклятого врага, а дом был набит детьми, запертыми внутри.

И Энцо ДиЛука, который по непонятной мне причине сидел за обеденным столом с Дилан и говорил о бейсболе.

У меня не было времени на это широкоплечее отвлечение.

— Уже поздно, — сказала я. — Дороги наверняка скользкие. Тебе, наверное, пора домой. — Я высоко держала подбородок и старалась звучать спокойно, но перестаралась и вышло так, будто я ледяная психопатка.

— Он не может ехать, — сказала Дилан, поднимая телефон. — Губернатор только что разослал предупреждение. Всем, кроме экстренных служб, на дороги выезжать нельзя.

Я впечатлилась. Девяносто процентов времени Дилан не могла найти телефон или ей было лень его искать. Остальные десять процентов телефон служил ей для разговоров и переписки с Кортни. Я даже не подозревала, что она умеет смотреть погоду в приложении.

— Я живу всего лишь на другом конце города, — сказал Энцо, отодвигая стул.

Дилан посмотрела на меня так, будто обещала вечную карму ретроградного Меркурия, и я выдохнула, сдаваясь.

— Дилан права. Может, переждешь здесь немного. Скоро наверняка полегчает. Снегоуборщики, наверное, уже вышли на дороги.

— Можем поговорить о плитке, — сказал он, оживившись.

Прекрасно. Моя самая нелюбимая тема. Усталость от решений — настоящая пытка. А я никак не могла выбрать плитку для ванной, которой пользовалась вместе с близняшками. Выбор именно для этой комнаты преследовал меня. Это был мой крошечный оазис в этом хаотичном доме, и я хотела, чтобы все было идеально.

Место, где я могла бы выключить мозг.

Даже если я ненавидела и ванны, и расслабление, сама возможность была бы приятной.

— Тебе повезло, — сказала Дилан Энцо. — Потому что сегодня ужином заведую я.