Конечно, Келли навсегда останется матерью ребенка, но эта связь – совсем не то, что сейчас нас объединяет. И пусть не могу об этом сказать... мне чертовски нравится все, что между нами происходит.

Глава 51

Глава 51

Фостер

— Жутко хочу поскорее прийти домой и засесть за книгу, — Келли сияет с того самого момента, как мы вышли из книжного.

— Ага, рад, что мы наткнулись на эту потрясающую лавку, — горю ли я желанием сидеть и смотреть, как Келли читает про мужиков, которые, вероятно, куда более эмоционально развиты, чем я? Черта с два.

— Ой, прекрати. Ты выглядишь так, будто ревнуешь, — она легонько толкает меня плечом. — Они же вымышленные.

Понимаю, что она права, но слегка задевает тот факт, что про бейсболистов пишут мало любовных романов. Мы вообще-то жесткие ребята. Подумаешь, не бьем друг другу морды на льду, как неандертальцы! Эти писаки вообще слышали о массовых потасовках, когда скамейки запасных пустеют за секунду? Или каково это – получить по руке фастболом на скорости сто миль в час? К тому же, бейсбол – игра для тех, кто умеет думать. Это уж точно привлекательнее.

Мы останавливаемся на углу в ожидании зеленого света, и Келли бросает на меня взгляд.

— Ты надулся.

— Считаешь, что хоккеисты или футболисты... более мужественные, чем бейсболисты?

Она смеется, но, заметив, что мне не до смеха, быстро умолкает и пытается сделать серьезное лицо.

— Фостер, это просто выдумка.

— Мне плевать. Я все расскажу парням.

Она снова смеется, но берет себя в руки.

— Эй, я бы в любой день выбрала тебя, а не какого-нибудь хоккеиста.

— Они все женаты, — и это чистая правда. Все профессиональные хоккеисты в нашем окружении давно женаты и обзавелись семьями, так что ее аргумент не катит.

— Но не «Чипманкс».

— Кто? — я хмурю брови.

— Ну эти новички, которые иногда заваливаются в «Пипер». Молодые, наглые, болеют за «Фэлконс». И все абсолютно свободны.

Я откидываю голову назад, припоминая их. Этой троице пора бы повзрослеть. Вечно ведут себя так, будто вип-зал принадлежит им, когда мы на выезде.

— И к чему ты клонишь? — спрашиваю я.

Она оттягивает меня к стене здания, подальше от прохожих.

— Теперь уже я начинаю ревновать. Хочешь, чтобы куча баб пускала слюни на вымышленного тебя?

Я пожимаю плечами.

— Да.

— То есть меня недостаточно? — она обиженно фыркает и отходит от меня.

— Черт, Келли, ты же понимаешь, о чем я.

— Даже не знаю. Наверное, все-таки схожу на игру «Фэлконс».

— У них межсезонье, — напоминаю я.

— Тогда попрошу Конора или еще кого-нибудь нас познакомить. Кажется, один из «Чипманкс» подкатывал ко мне в прошлом году. Может, Саймон? Вечно их путаю, — она делает вид, что усиленно вспоминает.

— Ты не пойдешь на свидание ни с одной из этих белок3.

Если только не хочет, чтобы я устроил массовую драку в баре.

— Тогда перестань ворчать из-за того, что нет героев-бейсболистов в романах. У тебя есть я.

Я подхожу сзади, обнимаю ее и, уткнувшись носом в изгиб шеи, целую горячую кожу.

— Период ворчания официально окончен. Пошли домой, и ты преподашь мне урок по использованию вибратора.

Она поворачивается в моих объятиях и упирается руками в грудь.

— Ты уже усвоил этот урок, но... — она покачивает головой. — Тебе бы не помешал еще один, просто чтобы убедиться, что точно закрепил материал.

Я ухмыляюсь.

— Ты слишком добра.

Обожаю, когда она становится такой дерзкой, и не могу сдержать улыбку, когда Келли заявляет:

— Я вообще душка. Так и быть, заодно преподам урок, как правильно читать партнеру горячие постельные сцены вслух.

— Согласен, при условии, что не придется притворяться хоккеистом, — позволяю ей потянуть меня за собой.

— О, я бы никогда не заставила тебя это делать. Но как смотришь на то, чтобы обзавестись иллирианскими крыльями и называть меня своей Верховной Леди?

— Чего-чего? — переспрашиваю, подстраиваясь под ее шаг.

Мы находимся в двух кварталах от дома, когда телефон в кармане вибрирует. Достаю его, читаю сообщение, и желудок ухает куда-то вниз.

Черт. Этого только не хватало.

Я запускаю пятерню в волосы и смотрю на Келли.

— Слушай, я догоню тебя дома. Забыл, что нужно сделать одно дело.

Между ее бровями залегает складочка.

— Какое дело?

— Иди домой и можешь начинать книги. Я задержусь минут на двадцать, не больше, — наклоняюсь, чтобы поцеловать ее, но Келли прижимает ладонь к моим губам.

— Куда ты идешь, Фостер?

Вспышка страха в ее глазах мелькает лишь на секунду, но этого достаточно, чтобы понять: мы все еще не достигли стадии абсолютного доверия. Но, с другой стороны, я же сам это скрываю, так что о каком доверии может идти речь?

— Мне нужно зайти в банк. Это по поводу...

Келли ждет, и я не виню ее за то, что не дает мне возможности увильнуть. Я бы тоже не дал.