— Ничего, — говорю я, хотя это неправда. Прежде чем я успеваю сказать что-то ещё, его руки скользят по моей талии и притягивают меня в страстный поцелуй.

Я тихо ахаю в его губы, мои ногти впиваются в его плечи, когда я прижимаюсь к нему, мир вокруг нас растворяется в ничто, кроме нас и далёкого треска фейерверков. Мои руки обвивают его шею, пока я отвечаю на поцелуй так же сильно. Его кожа всё ещё тёплая после целого дня на солнце.

— Эмма! — Голос Хизер пробивается сквозь наш маленький момент с берега. Она уже на полпути по пляжу с Беном, тащит его к большей группе людей дальше.

— Не занимайтесь сексом в океане! — кричит она. — Это вредно для здоровья.

Я смеюсь в губы Джуда, отстраняясь достаточно, чтобы взглянуть через плечо. — Она невероятна.

— Она не ошибается, — шепчет он, его голос ниже, грубее.

У меня переворачивается живот.

Он изучает моё лицо секунду, будто смакует каждую деталь. Затем, без слов, он снова поднимает меня.

Я закатываю глаза, инстинктивно обхватывая ногами его талию на этот раз, пока он несёт меня обратно к берегу, вода капает с нас обоих.

— О б—боже, как х—холодно, — говорю я, задыхаясь и дрожа.

Он просто целует меня в щёку, проходя мимо людей, музыки и хаоса. Пока всё не затихает, и пляж не открывается в более тихую, тёмную область, освещённую только взрывами в небе и отражением луны на воде.

Он осторожно опускает меня на песок, но его руки не отпускают. На секунду мы просто стоим, дыша друг другом, мир приглушён и далёк позади нас. Фейерверки всё ещё трещат и расцветают где-то внизу по пляжу, окрашивая его лицо быстрыми вспышками.

Красный. Золотой. Голубой.

Он выглядит как сон.

Мои пальцы скользят в его мокрые волосы, убирая их со лба, когда я улыбаюсь ему, всё ещё слегка запыхавшаяся. — Надеюсь, ты не потерял свою толстовку. Я сейчас замёрзну. К тому же, это моя любимая!

— Я отдал её Ванессе, чтобы она отвезла домой, — тихо говорит он, его ореховые глаза мечутся между моими. — Она тебе не понадобится.

В том, как он это говорит, есть что-то, что заставляет мою грудь сжиматься. — Да?

— Да.

Его рука поднимается, убирая прядь влажных волос с моего лица, пальцы задерживаются на челюсти. Прикосновение лёгкое, но оно всё равно посылает тепло по позвоночнику, мурашки следуют за ним.

— Ты… — Он издаёт тихий смех, будто не может подобрать слова. — Ты — всё, когда ты такая.

— Какая? — шепчу я.

— Счастливая. Пьяная. Сексуальная.

Я игриво шлёпаю его. — Тебе нравится, когда я пьяная? — Я делаю шаг назад. — Почему?

Его взгляд медленно скользит по мне. По моему мокрому платью, облегающему тело. — Ты знаешь почему, Эм.

Прежде чем я успеваю ответить, его рука вылетает, дёргая меня обратно к нему. Его рот находит мой снова, медленнее на этот раз. Я чувствую его член, твёрдый у моего бедра через шорты, в тот же момент его язык скользит по моему, и я таю в этом мгновенно.

Он держит меня, опускаясь на колени в песок, его вес ложится между моих бёдер, он опирается на руки, будто сдерживается. Его лоб на мгновение касается моего, мы оба переводим дыхание, деля один воздух.

— Скажи мне факт, — шепчет он, голос низкий. — О гепарде.

Улыбка касается моих губ, когда мои пальцы скользят по его челюсти. Эта глупая игра, которую мы придумали, чтобы знать, не слишком ли кто-то пьян. Он всегда хочет убедиться, что я достаточно трезва, прежде чем мы занимаемся сексом.

— Они быстрые, — говорю я, мой голос удивительно твёрдый.

Его голова наклоняется вперёд с тихим смехом, его тело согревает меня. — Мне нужно больше.

Я закатываю глаза, обхватывая ногами его талию и прижимаясь к нему.

Мышца дёргается на его челюсти.

— Лааадно, — хихикаю я. — У гепардов невтягивающиеся… втягивающиеся… — Я стону. — Ты знаешь, что я имею в виду. Когти, которые помогают им быстро бегать. И их грудь большая, так что лёгкие могут вместить много воздуха.

Он приподнимает тёмную бровь с усмешкой. Этого достаточно.

Он целует меня снова, вкладывая в это всё. Я выгибаюсь навстречу ему, мои руки скользят по его плечам с дикой потребностью, которая захватывает меня. Фейерверки взрываются над головой, освещая нас в красном. На одно мимолётное, идеальное мгновение кажется, что мир существует для этого. Для нас.

Жар следует за его ртом вниз по моему горлу, разворачивая меня дюйм за дюймом. Его большой палец впивается в моё бедро достаточно сильно, чтобы удержать меня на месте, пока другая рука исчезает под моим платьем.

— Джуд, — выдыхаю я, мой голос дрожит.

— Скажи мне ещё один факт, — шепчет он у моей ключицы. — Теперь мне любопытно про этих гепардов.

— Я не могу д—думать.

— Попробуй.

Его рука движется по моему бедру, кончики пальцев касаются края моего белья. Я задыхаюсь, ноги сжимаются вокруг него. — У… у них есть пятна.

Он смеётся у моей кожи. — Достаточно хорошо.