Как солдат, Катон не был склонен слишком много останавливаться на вопросах торговли. Он знал, что судьба Империи была так же связана с такими вещами, как армия, защищающая ее границы и поддерживающая внутренний порядок, так и с обеспечением своих торговых интересов. Вторжение в Британию ознаменовало первое расширение Империи при его жизни. За годы, что он служил в провинции, он пришел к некоторому осознанию сложности процесса, включающего в себя создание инфраструктуры, администрации и торговли, которые следовали за военными действиями. Вещи, которые уже были хорошо налажены в других провинциях, в которых он служил. Ему было интересно на мгновение задуматься о перспективе рисков, на которые идут такие люди, как Бесодий, внося вклад в создание жизнеспособной провинции. Если бы выяснилось, что Рим не сможет добиться успеха в Британии, капитан мог бы взять на себя свой финансовый удар и перенести свой бизнес в другое место. С армией все было по-другому. Их инвестиции были сделаны в плане жизней, и если бы провинция рухнула, они бы с горечью подсчитали потери в виде понапрасну погибших товарищей. Он ободряюще улыбнулся. - Я сделаю все возможное, чтобы ты вернулся сюда весной и продолжил получать прибыль, к которой стремишься. Ты заслужил ее после этого путешествия.

******

Небо было ясным в ту ночь, а тонкий серп молодой луны и яркий блеск звезд обеспечивали достаточно освещения, чтобы вовремя заметить любую попытку приблизиться к кораблю. Те, кто был на борту, крепко спали, пока двое вахтенных следили за окрестностями. Перед рассветом поднялся туман, и люди проснулись, обнаружив, что они покрыты легкой паутиной росы. Стоя у борта корабля, Катон едва мог различить смутные очертания ближайшей грядки тростника, а неподвижная вода имела тусклый металлический блеск, пока солнце пыталось пронзить мрак.

- Мы никуда не пойдем, пока это дело не рассеется, - сказал Бесодий.

- Туман здесь – обычное явление?

Он кивнул. - Если вы когда-нибудь представляли себе место столь же унылое, как река Стикс, то это было бы оно. Харон был бы здесь как дома.

Они с нетерпением ждали, когда взойдет солнце и медленно рассеется туман. Наконец капитан объявил, что видит достаточно хорошо, чтобы отправиться в путь. Когда они вышли в открытую воду у берега, Катон с содроганием оглянулся. Мифическая ссылка была уместной, и завораживающая атмосфера пейзажа вызвала в памяти все описания Британии, которые он читал в детстве. Тогда он и мечтать не мог, что однажды станет частью армии, заявляющей права на остров для Римской империи.

Северное побережье иценской территории оказалось смешанным: низкие скалы, галечные пляжи и болотистые заливы с холмистыми лесами за ними тянулись на запад, пока перед «Минервой» не открылся огромный залив. Настолько большой, что береговая линия, ограничивающая его, была видна только с мачты. Бесодий указал на тонкие струйки дыма, поднимающиеся из-за дюн у входа в залив.

- Это Бранодунум. До него можно добраться по небольшому каналу. Когда я был здесь в последний раз, я бросил якорь в более глубокой воде, и они вышли на маленьких лодках, чтобы торговать. Это было до восстания. Я не уверен, какой прием мы получим сейчас.

- Мы выдаем себя за торговцев. У тебя есть вино на продажу. Если я что-то знаю об этих племенах, так это то, что они любят вино. Я был бы удивлен, если бы они упустили шанс, учитывая, что вы почти наверняка будете первым судном из Галлии, которое придет этим путем с тех пор, как вспыхнуло восстание.

- Посмотрим, - с сомнением ответил Бесодий.

Он направился на корму и повел рулевого ко входу в канал, который вел на короткое расстояние вглубь страны к Бранодунуму. Они бросили якорь на безопасном расстоянии от берега. Пока «Минерва» медленно разворачивалась, носом к приливу, экипаж смотрел в сторону поселения, скрытого дюнами.

- Что теперь? - спросил один из ауксилариев.

- Мы ждем, - ответил Катон. - Скоро кто-нибудь появится.

Так и случилось, вскоре среди высоких пучков травы на одной из дюн появилось несколько фигур. Казалось, что произошел какой-то жаркий обмен мнениями, с большим количеством размахиваний руками и копьями, прежде чем люди снова ушли.

- Выглядит не очень обнадеживающе, - заметил Бесодий. - Нам следует уходить. Мы можем встать на якорь в заливе на ночь, прежде чем мы направимся обратно к побережью.

- Нет. Мы подождем здесь некоторое время. Мы проделали столь долгий путь не для того, чтобы взглянуть на дымки поселения и отчалить обратно. Посмотрим, как они отреагируют.

- Вы видели, как они отреагировали. Я, возможно, не так хорошо знаком с племенем, как вы, но мне это показалось недружелюбным.

- Посмотрим.

Был уже поздний вечер, и Катон знал, что если кто-то не приблизится к кораблю в ближайшее время, им придется вывести «Минерву» в залив, а не рисковать оставаясь там, где они были. Они всегда могли вернуться на место следующим утром и дать местным жителям еще один шанс наладить контакт. Многое зависело от прежних отношений капитана с людьми Бранодунума.