Стоял, скрестив руки на груди, и смотрел, как я спрыгиваю с повозки. Лицо держал каменным, но глаза бегали — влево-вправо, по двору, по подсобникам, которые тащили мешки и делали вид, что не смотрят. Конечно, он уже знал. Даже если бы Корф не предупредил, он бы всё равно знал.

В этом городе новости доходили до смотрителя Ямы быстрее, чем до Совета — старикан кормил информаторов на каждом углу, и кто-то наверняка успел бы передать.

Я спокойно прошел мимо него, направляясь в Яму.

— Вот так ты идёшь мимо того, кто не похоронил тебя? — негромко, сквозь зубы процедил смотритель мне в спину. В его голосе звучала ядовитая злоба Смотрителя, у которого из-под носа уводят деньги.

Я остановился и вполоборота посмотрел на него.

— Не думай, что ты выскочил, Рик, — Гордей нервно дернул щекой. — Соляной — это тебе не Яма. Там налоги, проверки Совета, санитарные нормы. Восстановление питомника, корм, отсутствие зверей и гнильё вокруг. Я посмотрю, как ты запоешь, когда к тебе придут особенные люди. Ох, а ты не знал? Да-да, содержать питомник — это не жрать дерьмо, будучи подсобником, когда не о чем переживать. Впрочем, жрать дерьмо здесь — это одно. А там тебя сожрут вместе с ним.

Я ничего не ответил. Лишь кивнул, подтверждая его слова, и шагнул в полумрак коридора.

Пусть думает, что напугал. Как и сказал Корф: предсказуемый враг — это удобный враг. А у меня впереди было слишком много работы, чтобы тратить время на мертвецов.

Но он не отпустил меня.

— Не смей отворачиваться от меня, ПОДСОБНИК! Сейчас ты пойдёшь ко мне в кабинет, и мы всё обсудим.

— Хорошо, что ты это сказал, Смотритель «Ямы», — жёстко ответил я. — Веди. У меня как раз к тебе разговор.

Друзья, если вам нравится мой цикл, куда, уж поверьте, я вкладываю душу, поставьте этой книге ваши 5 звёзд! Благодарю!

Глава 2

Кабинет смотрителя не изменился — Гордей сел за стол и положил руки на столешницу ладонями вниз. Жест, который я уже видел у Корфа. Только у барона он означал переход к делу, а у Гордея означал контроль территории.

— Садись, Смотритель, — сказал он.

Первый раз за все месяцы в Яме Гордей назвал меня не «подсобник». Титул прозвучал без издёвки — Смотритель «Ямы» признавал новый статус, потому что за всем этим стояла печать Жала, а с ней он воевать не мог.

Я сел.

Гордей открыл верхний ящик стола и достал бумагу.

Я сразу узнал её. Пергамент с печатью Ямы — обвинение в дезертирстве во время Прилива.

Гордей развернул бумагу и положил на стол.

— Это не забыто, — сказал он. — Но лежит у меня в сейфе. И будет лежать. Но вот что… ты когда-нибудь останешься без Жала за спиной. И всё поменяется. Не думай, что я буду терпеть конкуренцию другого питомника.

Он откинулся в кресле и ухмыльнулся.

Я перевёл взгляд на Гордея.

— У меня тоже кое-что припрятано. И ты это знаешь.

Ухмылка дрогнула. Смотритель помнил, как именно я прижал его, он не забыл ни на секунду.

— Паритет, Гордей, — сказал я ровно. — Мы ничего не можем сделать друг другу. Так что давай-ка перейдём к торговле активами.

Спесь стекла с лица Гордея, как вода со стекла. Он свернул бумагу, убрал обратно в ящик и защёлкнул замок. Руки легли на стол — на этот раз без ухмылки.

— О каких активах говоришь? — старик сделал вид, что не понимает, о чём речь.

— Думаю, ты в курсе, раз получил весточку от Корфа. Мне нужны три зверя. Из списанных. Хром, Близнецы и Притворщик.

Гордей поднял бровь.

— Хром стоит двадцать золотых. Породистый дрейк стоит дорого, даже если старый.

— Старый? Любопытно. Дам пятнадцать, — ответил я. — Он не старый, просто с артритом правой задней лапы, вот вы его и списали. Потому что никто не взялся лечить. Шкура выцветшая, двигается медленно. Он жрёт пять кило мяса в день, а усваивает едва ли половину. Остальное вываливает в виде зловонной жижи, которую за бесплатно убирает моя сестра. Ты сам поставил на нём крест. Пятнадцать даю только в знак уважения. Готов забрать проблему с твоих рук.

— Восемнадцать.

— Пятнадцать. Ты получаешь золото за зверя, которого собирался пустить на мясо. Или оставь его себе и корми до весны.

Гордей стиснул челюсть, но посчитал и кивнул.

— Пусть будет пятнадцать, но Близнецы уйдут за десять.

— Смотритель, — я мило улыбнулся. — Пять — это предел. Они же инвалиды, которых никто не берёт. Ты каждый день кормишь их за свой счёт и планируешь отправить на забой. Вливаешь в них еду, а на выходе получаешь только вонь. Пять золотых.

— Отдам за семь.

— Пять.

Гордей посмотрел на меня — он явно не ожидал, что я буду торговаться лучше, чем он думал. Потом устало выдохнул.

— Забирай. Что там ещё?

Я кивнул.

— Притворщик. Он уходит со мной. Временный перевод в Соляной, без оплаты.

Взгляд Гордея на миг дрогнул, и он поднял глаза.

— Ты забираешь Притворщика бесплатно?

— Что тебя так испугало? Нет, просто без оплаты с обеих сторон. Я забираю зверя, которого ты поручил мне. Готовить его в Яме невозможно — тварь слишком сложная для здешних условий. В Соляном я обеспечу пространство и метод. Если потребуешь вернуть — верну.