Пламя лизнуло мою кожу. Края моей киски задергались; оргазм подступил к горлу, и очертания его имени пронеслись по языку.

Беспомощная, я повернула голову через плечо, жаждая встретиться с его губами.

Но вместо этого бесстыдного рта мои губы коснулись хлопка, и этот контакт ударил по моим чувствам, как ведро ледяной воды. Мои глаза распахнулись и уставились на подушку, лежавшую на пустой половине кровати.

Грудь сжалась. Жар между ногами отступил, и я прекратила. Я пялилась на подушку так, будто не должна была удивляться, в то время как мой пульс пытался прийти в норму.

Я моргала сквозь окутанную похотью дымку. Хижина материализовалась; мебель поблескивала в полуночном свете. Напротив меня в стену был встроен незажженный кирпичный очаг, над каминной полкой висел короткий гобелен. Настенные подсвечники обрамляли комод и зеркало, а в изножье кровати стоял сундук.

Мои брови сошлись на переносице. Фантазии не становятся реальностью; в какой-то момент я просто забыла об этом.

Сев прямо, я убрала пальцы от просвета между бедрами. Тепло залило щеки. Сезоны, я была на грани того, чтобы завизжать. Элиот и Каденс, возможно, не услышали бы пару стонов, но полномасштабная звуковая атака затопила бы все это поселение.

Под ночной рубашкой моя грудь тяжело налилась. Разлом между бедрами все еще гудел от потребности, а конечности дрожали. И как бы часто это ни случалось, пламя редко угасало быстро.

Несмотря на уютный интерьер, казалось, что домик сжимается, и из-за оконных стекол меня манил благословенный свежий воздух.

С обреченным вздохом я свесила ноги за край. Босиком пересекая комнату, я накинула на плечи фланелевую шаль и поплелась вниз к парадной двери. Заплетать волосы было бы слишком долго, к тому же это скрыло бы дубовую косичку, а сегодня ночью я не хотела ни того, ни другого.

Мне нужна была прогулка. Приближался дождь, но, учитывая, что моя плоть все еще горела, возможно, это было и к лучшему.

А если я промокну до нитки — это неважно. Меня никто не увидит.

11

Бриар

Листья дрожали, словно ярко окрашенная черепица, и их сияние выцепляло тропинки. Какое-то время я бродила по мостам и переходам, иногда задерживалась на смотровых площадках и вглядывалась вдаль, словно могла видеть сквозь густые кроны.

А затем шла дальше, размышляя о людях, которые когда-то здесь жили. Хотя в ту древнюю эпоху далеко не все из них были людьми.

Я рассуждала о том, как восстановить и сохранить эту гавань, вернуть ей былую славу, и если бы мне не нужно было осуществлять заговор против Лета и начинать крестовый поход за прирожденные души, я могла бы взяться за такой проект.

Что-то твердое и круглое вдавилось в подошву моей обуви. Сев на корточки, я подняла орех с земли и стала разглядывать его скорлупу.

Легенда гласила о нескольких желудях, дарующих темную магию; согласно преданиям, они могли находиться где угодно, на любой территории Осени. И нужно было знать, что именно искать.

В этом желуде не было ничего уникального. Покачав головой, я бросила орех на землю, и тут на мое запястье упала капля. Я посмотрела сквозь узкие просветы между деревьями: там скапливались серые тучи, источая мелкую морось, которая вскоре усилилась и перешла в ливень.

Дождь прорезал листву и барабанил по крышам домов на деревьях. Несмотря на прогулку и бодрящий климат, моя кожа отказывалась остывать от недавней фантазии, и в надежде исправить ситуацию я побрела к другой смотровой площадке — более открытой небу. Стянув сапоги и сбросив шаль, я запрокинула голову под ливень. А затем сделала то, чего члены королевской семьи Осени никогда бы не позволили себе в приличном обществе. Я широко раскинула руки и позволила потопу делать со мной все, что ему заблагорассудится.

Дождь забрызгал волосы и намочил пряди. Потоки воды просочились сквозь ночную рубашку, сделав ткань полупрозрачной и прилепив тонкий материал к моему телу. Капли слизывали путь вниз по моему горлу, груди и бедрам.

Принцесса ведет себя подобающе. Принцесса всегда предстает ухоженной и опрятной. Принцесса не выставляет себя напоказ подобным образом и не мокнет до нитки на публике.

Но это было неважно. Вокруг никого не было. Да и я больше не была принцессой.

И даже если буря не смогла потушить огонь в моих венах, я отдалась стихии. Мои губы изогнулись в улыбке, но когда я опустила голову, мое внимание привлекла вспышка красного. Я посмотрела в сторону этого насыщенного цвета, ожидая увидеть яркий лист, кувыркающийся по платформе.

Вместо этого моя улыбка дрогнула, а затем и вовсе исчезла. К одним из перил был привязан лоскут ткани, выкрашенный в густой алый цвет.

Мое сердце замерло. Руки бессильно упали вдоль тела, когда я, спотыкаясь, подошла к этому предмету, пока дождь размывал зрение так сильно, что я усомнилась в том, что вижу.