Честно говоря, звучит мерзко. Было бы лучше, если бы он признал: да, у меня есть вторая семья, и я люблю их... Конечно, это было бы все так же ужасно в отношении нас с Лешей, но зато – уважительно в отношении Лины и Саши... А так – он словно и их обесценивает. Словно предает нас с сыном ради кого-то, кто ему не очень-то и нужен... Вдвойне тошно.

– Во-вторых, – продолжает он, как ни в чем не бывало. – Другой женщины у меня нет. Наш с Линой роман был давно и очень короткий. Уж не знаю, как она успела забеременеть...

– Но он был, – напоминаю я. – И мы тогда уже были в браке.

– Да, – признает Ибрагим. – Но ты тогда недавно родила, Лешка орал напропалую, никакого интима тоже не было, ясное дело... мне было невыносимо с вами... Лина тогда работала администратором в моем автопарке, мы случайно познакомились, и у нас с ней быстро закрутилось... но как началось – так и закончилось. Она узнала, что я женат, и порвала о мной. Все, конец!

– То есть, твоя любовница оказалась более порядочной, чем ты?! – фыркаю я.

– Ну, это как посмотреть... я же не отказался в итоге от нашего с ней сына, – он пожимает плечами. – Даю денег, провожу с ним время.

– Но мне решил ничего не рассказывать.

– А зачем?! Чтобы ты расстроилась или, не дай бог, на развод подала?! У тебя тогда такие гормональные качели были, куда мне было еще тебя раскачивать?! Да и Лешка маленький совсем был! Вдруг бы у тебя молоко пропало?! Я ведь не собирался вас бросать! Вы – моя единственная настоящая семья! Были и есть!

– Мы больше не семья, – говорю я сухо. – И я правда подаю на развод.

5 глава

Ибрагим смотрит на меня взглядом, который я никак не могу прочитать, никак не могу понять, что он думает, что он сейчас скажет...

Мой муж – безумная смесь воспитаний и менталитетов.

Его дед, Михаил Яковлевич Лисицын, в послевоенные годы вместе с женой эмигрировал в Великобританию, где стал Фоксом.

Там же, в Великобритании, родился и мой свекор, Яков Михайлович. Он половину жизни прожил в Бирмингеме, отучился в Оксфорде, там же познакомился с пакистанской эмигранткой Фатимой, которая стала его женой.

А в середине восьмидесятых Яков и Фатима решили перебраться в Россию.

Мой муж родился уже здесь, в Сочи.

Он вобрал в себя все, что мог: дедову тоску по России-матушке, отцовское ощущение приверженности к европейской интеллектуальной элите, материнский мусульманский менталитет и имя, которое она дала, собственный пафос от того, что получилось построить бизнес в городе-курорте. Безумный коктейль... и мне всегда сложно было расщепить его на ингредиенты.

Я точно знала только один его ингредиент – любовь ко мне, – но теперь...

Теперь я смотрю в его голубые глаза – внешне в нем нет ничего от смуглой черноволосой матери с глазами цвета угля, – и не понимаю, что там: вина, сожаление, презрение, ненависть?!

– Развода не будет, – говорит Ибрагим твердо. – Не для того я столько лет берег нашу семью, чтобы теперь вдруг ее лишиться.

– Берег?! – фыркаю я. – Ты изменял мне!

– Твоя правда, но это было всего несколько раз, и давно, и лишь потому, что с тобой и Лешкой тогда было невыносимо!

Он что, оправдывается?!

Он что, действительно считает, что если так, как было у него, то ничего страшного, можно?!

– С чего ты взял, что мне интересны мотивы твоей измены?! – вспыхиваю я, активно жестикулируя и чувствуя, как подступают слезы... только бы не разреветься при нем! – Предательство есть предательство, как ни крути! И ты уверен, что боишься лишиться семьи, а не своего роскошного автопарка и нашей общей недвижимости?! Может, ты потому и к Лине не ушел, что не хотел развода?! Может, ты врешь, утверждая, что это был короткий роман много лет назад?! Может, ты не только меня, но и ее обманываешь?! А то и себя самого?!

– Вася...

– Удобно же ты устроился! Две женщины, два сына, бизнес, недвижимость! Матушка, наверное, довольна?!

– Не смей трогать мою мать! – вспыхивает уже Ибрагим.

У меня с Фатимой Мирзаевной всегда были сложные отношения. Она, как истинная мусульманка, всегда считала, что я должна оставить работу, карьеру, и послушно воспитывать детей, вести хозяйство, угождать мужу...

Ибрагим не соглашался с ней, но и не спорил особо.

Но при этом все это время жил на два дома: не по-мусульмански ли?!

– Мне на твою мать, как и на тебя теперь, плевать с высокой колокольни! – рычу я. – И терпеть это все я не стану, ясно?!

– Уймись уже! – снова прикрикивает он, аа потом еще и рукой замахивается.

– Что, ударишь меня?!

– Может, и стоило бы...

– Ну так что же, бей! – я даже щеку подставляю.

Ибрагим отступает: он никогда не бил меня, не станет и сейчас.

Но сам факт того, что он замахнулся, заставляет меня еще сильнее ненавидеть этого предателя...

___

Мои хорошие, в моей группе ВКонтакте "ЭЛЛИ ЛАРТЕР | ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ" можно отвечать на вопросы по сюжету книги и отмечать свои комменты. Самые активные получают призы по итогам месяца, и так - каждый месяц х)) Присоединяйтесь!

6 глава

– Уходи, – говорю я. – Я не хочу тебя больше видеть. Оставь ключи и проваливай.