— Разве? Рунные мастера обычно мало что знают о своем ремесле, — сказал он. — Каждый из нас бережет свои знания, скрывая секреты от коллег. У меня нет такого недостатка, — сказал он. — Я просмотрел сотни книг по истории магии, изучал труды самых выдающихся умов нашего времени и никогда не видел ничего, что хотя бы намекало на возможность создания руны, блокирующей свет.

Сорша почувствовала то, к чему совершенно не была готова: по спине пробежал холодок. Она вспомнила городской морг, яркую руну, которая могла временно повернуть время вспять. Конечно, за это приходилось дорого платить, но это была магия не рунного мастера, а кчародея, и Алекс явно использовал ее раньше. Возможно, он сам начертил эти руны.

— Вот видишь, — сказал Джонс, явно прочитав мысли Сорши. — Ты знаешь, что я прав. Каково это, знать, что твой маленький рунный мастер все это время прятал "Монографию" у тебя под носом?

Сорша попыталась проигнорировать понукания Джонса, но ее мысли унеслись еще дальше в прошлое, к тому моменту, когда они с Алексом стояли одни в мастерской мертвого мастера рун. Она применила к нему заклинание правды, спросила о Монографии, а он каким-то образом посмотрел ей прямо в глаза, и солгал.

Ее охватил раскаленный добела гнев, и она почувствовала, как в ответ в ее тело втягивается магия. Ее пальцы покалывало от энергии, а вокруг глаз появилось белое кольцо. Она по опыту знала, что ее глаза светятся, и быстро вздохнула, чтобы подавить эмоциональную реакцию на свое открытие.

— Я вижу, я не одинока в том, что мистер Локерби раздражает меня, — с ухмылкой сказала Джонс.

— Алекс раздражает, да, — сказала Сорша, наконец справившись со своими эмоциями. — Но если бы у него была "Монография", он бы не зарабатывал на жизнь частным детективом, не так ли?

— Это идеальное прикрытие, и вы это знаете, — сказал Джонс.

— Что я знаю, мистер Джонс, так это то, что прямо сейчас вам следует беспокоиться о себе. Верю я вам или нет, но вы потеряли свой козырь.

— Правда? — спросил Джонс.

Она подняла на него взгляд и увидела, что в его глазах снова появилась самоуверенность.

— Похоже, у меня все получилось, — сказал он. — Думаю, вам просто придется посадить меня в тюрьму.

Сорша приподняла бровь. Джонс, похоже, не беспокоился о том, что упустил свое преимущество.

Если только это не так.

Он предложил рассказать ей, что "Монография Архимеда" у Алекса, но что, если бы она не догадалась об этом? Как бы он использовал эту информацию, чтобы добиться освобождения? Он должен был знать, что она никогда не отпустит его, пока он не поделится с ней своими подозрениями. Как только он ей все рассказал, она могла с таким же легкостью нарушить свое слово и отправить его в какую-нибудь военную тюрьму.

Он и не собирался сбегать, поняла она. Но он хочет, чтобы я узнала о "Монографии". Почему?

Сорша мысленно вернулась в те времена, когда бывала в доме Алекса.

Нет. В доме доктора Белла. Именно Белл научил Алекса всему, что тот знает.

Она знала, что дом защищен чарами. Она чувствовала их каждый раз, когда подходила к двери, но они не казались слишком мощными или опасными.

Ты рассуждаешь как чародей, упрекнула она себя. В прошлом она недооценивала Алекса, и в таких случаях он всегда одерживал над ней верх. Чары, защищающие особняк Белла, могут казаться не такими уж мощными, но если у него есть "Монография", а это наверняка так, ведь она у Белла, а не у Алекса, то чары, защищающие этот дом, будут поистине непреодолимыми.

Вот оно что. Джонс надеется, что я заберу "Монографию" из дома доктора Белла.

Какие бы чары ни защищали дом, она сомневалась, что они устоят перед ее силой. Джонс рассчитывал, что она взломает защиту и заберет книгу.

Но почему?

Если Сорша найдет "Монографию", она обязательно передаст ее правительству. Она станет героем. Тогда правительство передаст книгу в свою лабораторию по исследованию рун.

Ответ поразил Соршу, как удар молнии. Джонс не торговался о своем освобождении; его поймали, и он это знал. Он пытался передать "Монографию" в руки правительства. Вероятно, потому, что у его сообщников уже был кто-то в лаборатории по исследованию рун, готовый скрыться с "Монографией", как только она поступит.

Сорша всегда боялась, что тот, кто найдет "Монографию", злоупотребит заключенной в ней силой, но Алекс и доктор Белл до сих пор проявляли себя достойными распорядителями. Как бы сильно она ни злилась на Алекса в данный момент, ей пришлось признать, что древняя книга рун была в большей безопасности там, где она лежала.

— Да, — наконец сказала Сорша, отвечая на вопрос о том, потерял ли Джонс свое преимущество. — Тот факт, что Алекс умен и надоедлив, не означает, что у него есть "Монография". Я могу с абсолютной уверенностью сказать, что он даже не слышал о ней четыре года назад.

Спокойное выражение лица Джонса сменилось гневом, и он не пытался этого скрыть.

— Да ладно тебе, — сказал он. — Я знаю, что ты не просто симпатичная. Ты умная. Ты должна знать, что я прав.