Патрик задумался о её звонке. О том, что голос показался ему глуше, чем в первый раз. И вдруг почувствовал, как все силы из него вытекают. Он поддался дрожи в коленях и медленно сполз по стене на холодный пол.

Что, если всё происходящее и впрямь — часть плана, который кто-то задумал, поставив себе целью разрушить его жизнь? Ровно так, как он и боялся?

Минут через десять приехала полиция.

— Что здесь творится? — Ломберг невозмутимо наблюдал, как Патрик поднимается с пола, пока двое полицейских в форме входили в квартиру. — И что вам вообще понадобилось здесь в такое время?

— Госпожа Гелен позвонила и вызвала меня сюда, — спокойно ответил Патрик. Пока он ждал, он успел обдумать, что будет говорить.

— В такое время. Зачем?

— Она сказала, что весь день думала о том, что подруга рассказала ей про меня, и заметила одну нестыковку. И что это не даёт ей покоя.

— И?

— Я же говорю — она хотела, чтобы я приехал, чтобы кое-что мне показать. Сказала, по телефону объяснить не может.

— А позвонить нам вам в голову не пришло? — спросила женщина рядом с ним. Патрик не заметил, как обер-комиссар Хенш тоже вошла в квартиру.

— Я предложил, чтобы вы, господин Ломберг, присутствовали при встрече, но она была категорически против. Сказала, что хочет сперва убедиться, прежде чем признать перед вами, что подруга, похоже, сказала ей неправду. Я всё-таки думал, не сообщить ли вам, но потом не стал — надеялся узнать что-то такое, что наконец убедит вас в моей невиновности.

— Не вышло, видимо, — заметил Ломберг, глянув в коридор, где стояли двое в форме. Один из них кивнул ему.

— Подождите здесь, — велел он Патрику и вошёл в квартиру. У входа в гостиную остановился, внимательно оглядел картину, перекинулся парой слов с полицейскими и снова вышел.

— Криминалистов, — коротко бросил он Хенш. — И объяви Яну Гелен в розыск.

Затем повернулся к Патрику.

— Идёмте. Мне нужно снять с вас показания в управлении.

— Вы теперь ещё и в похищении госпожи Гелен меня подозреваете? — спросил Патрик и сам уловил раздражённую нотку в голосе.

— Вы первым оказались в квартире, — пояснил Ломберг. — Мне нужны ваши свидетельские показания. Вы на машине?

— Да.

— Хорошо. Встретимся в управлении. Езжайте туда без всяких заездов. — С этими словами Ломберг отвернулся и в сопровождении Хенш вышел из дома.

ПОЯСНЕНИЯ ДЛЯ ЧИТАТЕЛЯ

Обер-комиссар (нем. Oberkommissar/Oberkommissarin) — звание в полиции ФРГ, примерно соответствует старшему оперуполномоченному; рядовой следственный чин уголовной полиции.

Криминалисты — в оригинале KTU (Kriminaltechnische Untersuchung), криминалистно-техническая служба немецкой полиции, выезжающая на место происшествия для сбора и фиксации улик.

Управление (нем. Präsidium, полицей-президиум) — головное территориальное подразделение полиции, куда вызывают для дачи показаний.

Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»

Глава 12

ГЛАВА 12

Ломберг включил диктофон и положил его на стол перед Патриком.

— А теперь расскажите мне всё в подробностях. Начните со звонка.

Патрик посмотрел на маленький чёрный прибор и кивнул.

— Юлия легла рано. Её всё это страшно подкосило. А я был ещё слишком взвинчен и пошёл к соседям. Мы говорили про видео и про Петера. Петера Хельмштетта. Он мой коллега и друг.

— Помню. Вы с ним разговаривали. А он-то здесь при чём?

— Я же сказал, он мой друг, и меня удивило, что в последнее время он держится со мной как-то странно. Соседи решили, что он просто не знает, как себя вести в такой ситуации. А мне всё равно не сиделось дома, не хотелось ломать голову в одиночку, вот я и поехал к нему.

— Сегодня вечером?

— Да.

— Где он живёт?

— В Штоттернхайме, почти у самого Лютерзее.

— И во сколько это было?

Патрик задумался.

— Около половины седьмого, наверное.

— Дальше.

— Петера, похоже, не было дома, хотя машина стояла у подъезда. Я ему позвонил, но включился автоответчик.

— И что вы сделали?

— Поехал обратно и лёг на диван. В какой-то момент, видимо, уснул. А потом позвонила госпожа Гелен. В четверть одиннадцатого.

Патрик рассказал Ломбергу о разговоре с Яной Гелен, о том, как поехал к ней, и о том, что застал в квартире. Упомянул и встречу со старушкой.

Минут через десять Ломберг снова выключил диктофон.

— Жене-то вы уже звонили?

— Нет, я же говорил, она легла, совсем без сил. Ей сейчас непросто, как вы, наверное, понимаете. Какой смысл будить её среди ночи и рассказывать, что стряслось? Успею, когда вернусь домой.

Ломберг долго смотрел на Патрика, потом откинулся на спинку стула.

— Скажу честно. Я пока не понимаю, что мне о вас думать, господин Достерт.

Патрик усмехнулся сквозь зубы.

— Да, я тут и там это уже подметил.