— Не пойму, — качает головой Рита, пока мы быстро отдаляемся от опасного места посреди коридора. — Ты ведь с ним даже не знакома.

— Знакома, — замечаю глухо.

К сожалению.

— Ого, — удивленно. — Это ты когда успела? А мне ничего не рассказывала.

— Я была у него на собеседовании, — отвечаю, помедлив. — Закончилось это все… хм, не очень хорошо.

В подробности решаю не вдаваться. Неприятно даже просто вспоминать, не то что описывать это все в деталях. Меня от одних лишь мыслей уже коробит.

— Не расстраивайся, Жень, будет другая возможность устроиться, — старается приободрить меня подруга. — Ты зря волнуешься.

— Я не об этом волнуюсь. Просто не хотелось бы снова столкнуться с Дагаевым после той встречи.

— Да ладно тебе, — отмахивается подруга со смехом. — Вряд ли он тебя запомнил. Ты представляешь, сколько у него встреч?

Неопределенно пожимаю плечами.

Хорошо бы, чтобы он и правда меня забыл. Хотела бы верить в правоту Риты, но пока тяжело это сделать.

Боюсь, мой удар запомнился ему хорошо. И укус тоже.

А что если он пришел сюда за мной? Чтобы отомстить?

Хаотичная догадка обжигает до дрожи.

Когда я изучала информацию о бизнесе Дагаева перед собеседованием, там ничего не было насчет обучения, университетов или каких-то других подобных заведений.

Стоп, стоп.

Это все еще может оказаться совпадением.

— Мне казалось, Дагаев никак не связан с обучением, — говорю вслух. — Не понимаю, почему он пришел в универ.

— Не знаю, — качает головой Рита. — Может хочет стать одним из наших спонсоров?

Ну вот и логичный ответ, который нравится мне гораздо больше, чем моя дикая идея про месть.

Дагаев занятой человек. Стал бы он меня искать?

+++

— Женя, помоги мне, пожалуйста, — просит куратор после пары. — Отнеси эту папку ректору. Только важно передать лично в руки. Хорошо?

— Конечно, — киваю. — Я передам.

— Спасибо, — улыбается женщина, передавая мне документы.

Уже перед кабинетом декана непроизвольно подвисаю. В голове встает образ Дагаева.

А вдруг он здесь?

Нет, слишком много времени прошло. Качаю головой, отгоняя тревожные мысли. Толкаю дверь и прохожу вперед.

Сердце дает перебой, как только мой взгляд падает вперед. На массивное кресло, в котором сидит Дагаев и смотрит прямо на меня. Декана замечаю потом. Сначала мне не удается отвести глаз от этого типа. И если могла теплиться слабая надежда, будто Дагаев меня не узнает, сейчас эта надежда сгорает дотла за считанные секунды.

Ну почему мне так не везет?

— Здравствуйте, — произношу с трудом. — Я документы вам принесла. Куратор передала.

Стараюсь скорее положить папку на стол декана и убраться отсюда.

Не набросится же Дагаев на меня прямо при постороннем человеке. Хотя не уверена. Вспоминая наше короткое общение в его кабинете, как-то сразу понимаешь, что настолько отбитый тип способен на все.

Разве декан будет преградой?

— Постойте, — задерживает меня. — Вы же на первом курсе учитесь?

— Д-да, — непроизвольно запинаюсь.

— Тогда задержитесь, новый спонсор нашего университете, Карим Ахметович, — представляет Дагаева и продолжает: — Он хотел пообщаться с кем-то из студентов лично.

— Ну опыта у меня не так много, — прочищаю горло. — Наверное, ребята со старших курсов лучше подойдут.

— Не волнуйтесь, это не проблема, — улыбается декан. — Будьте добры, подайте нашему уважаемому гостю чай.

А он что, сам взять не может?

Наверное, только в этот момент смотрю на Дагаева снова. Он неподвижен. И… я замечаю новую деталь. В коридоре этого видно не было. Но сейчас можно увидеть, как сильно он сжимает рукоять трости. Даже сильнее, чем квадратные челюсти. Желваки угрожающе играют под смуглой кожей.

Трость.

Это я настолько сильно ему врезала по колену, что он теперь без поддержки ходить не может?

Казалось, ситуация не может стать хуже, но тут декан вдруг поднимается и говорит:

— Простите, вынужден отойти. Срочный звонок.

9

Декан задерживается, поравнявшись с креслом, где сидит Дагаев. Он участливо смотрит на его ногу.

— Жаль, что у вас сейчас травма, — замечает он. — Я бы предложил сделать экскурсию по всем корпусам. У нас есть много такого, что можно было бы посмотреть, но боюсь, сейчас это будет не слишком удобно. Какое досадное недоразумение.

Речь завершает тяжелый вздох.

Лицо Дагаева остается непроницаемым, а потом он вдруг замечает:

— Да, неудачно вышло, — говорит. — Хотел на лошади прокатиться, а она будто взбесилась. На ровном месте. Дикая.

Это он про меня так? Лошадь? Взбесилась, значит. Дикая?! Да это он вел себя как неандерталец, сбежавший из пещеры. Чудом повезло от такого отморозка отбиться.

Если бы та статуэтка мне под руку не подвернулась, не уверена, что у меня бы получилось сбежать.

— Лошадь? — повторяет декан, сокрушенно качает головой. — Ну надо же. Как это она вас так?