Все это время я неустанно наблюдал за движениями Арея. За тем, как он двигает бедрами, как дышит, и в какой последовательности переносит вес с ноги на ногу. Все эти мелочи, будто мозаика, складывались у меня в голове, рисуя образ будущей схватки. Теперь, благодаря Андонису, мне известно, что правый каблук брата, тот самый, которым он зарядил мне в грудь, немного сбился и стал короче, чем левый.

Казалось бы, сущая мелочь. Но опыт Олимпийского гладиатора твердит о том, что это не так. Укороченный каблук еще сыграет свою роль. Ведь когда брат захочет выбросить удар, ему придется перенести весь свой немалый вес с задней правой ноги на ведущую левую. И когда это произойдет, ему потребуется чуть больше времени, чем обычно…

Сейчас! Правая пятка Арея отлипла от бетонного пола, бедро брата провернулось внутрь, и вслед за этим с той же самой стороны вылетел его пудовый кулак. Прекрасный правый прямой!

Вот только мы с Андонисом тоже не стояли на месте. Мы начали двигаться еще до того, как правая стопа Арея поднялась на носок. Диагональный шаг влево и наши с олимпийцем кулаки синхронно впечатались в квадратную челюсть последователя богини. Идеальный левый боковой, еще и на противоходе! Таким можно свалить даже быка…

— Слабо, — слова брата звучат как приговор. Мой кулак уперся ему в лицо, но Арею словно бы нет до него никакого дела. Он продолжает смотреть на меня холодно и отстраненно. — Опять они, души обычных людей? Почему не Македонский, Акивилий или Геракл? Где воины и герои, которых мы так ждали…

— Извини, что разочаровал, — пожал я плечами и тут же прикормил его еще одним ударом. На этот раз апперкотом.

Зубы брата звучно клацнули. Ну, тут он сам виноват, не стоит болтать во время драки. Другое дело, что брат у меня тоже не слабак — привык отвечать ударом на удар. Так что, как следует, порадоваться своему сиюминутному успеху я не успел. Пришлось нырять вниз, подальше от ответного удара. Арей выкинул вперед левую руку и его твердый, как граненый алмаз, кулак пронесся в опасной близости от моей макушки. Настолько близко, что сопутствующий удару порыв ветра попросту сдернул с моей головы капюшон.

Спустя мгновение с той стороны, куда улетел кулак, раздался противный хруст и скрежет металла. Мою голову снова осыпало осколками стекла. И будто этого мало, из-за спины утробно заверещала сигналка.

— Отец рассчитывал, что ты призовешь души последователей богов, — пробился сквозь какофонию звуков голос стоящего надо мной брата.

— Передавай ему мои искренние соболезнования, — огрызнулся я и тут же попытался разорвать дистанцию…

Но не тут-то было! Рука брата, та самая, что только что смяла автомобильную дверь за моей спиной, возвратным движением ухватила меня за капюшон, словно шелудивого щенка за шкирку… Рывок! Едва слышный на фоне сигналки треск ткани и вот меня уже снова одолевает чувство невесомости. Следующим, что я увидел, стало лобовое стекло стоящего по соседству внедорожника и мое отражение в нем. Ну а дальше все по классике, снова хруст стекла и вот я уже вблизи разглядываю салон чужого автомобиля.

— Отец знает, что такова воля Морены и от тебя мало, что зависит, — раздался из-за спины голос старшего брата. — Подаренная тебе способность сродни игре в кости, она полностью полагается на твою удачу…

Тут он прав. И обычно удача не на моей стороне. Но только не в этот раз. Взгляд сам собой прикипел к цельнометаллической бите, торчащей из-за водительского сиденья. Видимо, пришло время нам сыграть в лапту!

— …Однако слабость — есть слабость. Тебе уже шестнадцать, но твой потенциал до сих пор дремлет. Отец считает, что мы не можем больше ждать, — с этими словами брат ухватил меня за ногу, а я, в свою очередь, вцепился в биту.

Дальше последовал закономерный рывок. К слову, весьма ожидаемый. Поэтому стоило мне только «покинуть» салон внедорожника, как бита тут же взметнулась в воздух. А после с гудением опустилась на ухватившую меня руку. Бац! Раздался сквозь гул сигнальных сирен звучный шлепок, и моя штанина выскользнула из ослабевшей хватки последователя богини.

Следующий удар биты обрушился уже ему на голову. Закругленный наконечник врезался аккурат в висок. По моим рукам пробежала крупная дрожь — крепкий зараза! Арей же на это лишь слегка мотнул головой. Ему такой удар, что слону дробина.

Ну а раз так, значит, надо добавить! Я снова взмахнул уже немного погнутой битой, в надежде потрясти брата еще разок. Но не тут-то было! Арей тотчас ответил мне взаимностью. Его локоть «ушел» назад, а кулак нацелился мне в лицо…

— Остановитесь, хватит! — неожиданно прорвался сквозь рев сигналок чей-то панический возглас.

Услышав его, мы с братом застыли соляными столбами: он с занесенной для удара рукой, а я с погнутой битой наперевес. Так продолжалось каких-то пару секунд, а затем мы столь же слаженно перевели взгляды на спешащего к нам пузатого дядьку в форме охранника.

Тот пыхтел, обливался потом, но все же несся к нам, несмотря на явно читаемый на его лице страх. В руках у бедолаги виднелся перцовый баллончик.