Порки! Со школьных времён Руфус больше не слышал этого ненавистного прозвища. Он растерялся.

— Я Жозефина, помнишь? Из школы. Это ты, фокусник?

Теперь Руфус узнал её. Жозефина Радтке. Они действительно годами учились в одном классе, хотя почти не разговаривали. Жозефина всегда была очень красивой и пользовалась большой популярностью у мальчиков.

Руфус терпеть не мог, когда его снова сталкивали с прошлым. Он оставил его позади — дальше, чем кто-либо мог себе представить. И теперь, спустя десятилетия, ему предстояло снова становиться тем человеком, которого он в тяжёлые годы дисциплины и самоосознания сумел уничтожить. Он на мгновение задумался, не притвориться ли, что произошла ошибка, но Жозефина уже уверенно его узнала и, не дожидаясь приглашения, села к нему.

— Ты потрясающе выглядишь, — сказала она, придвигая стул ближе. — Я имею в виду, ты и тогда был в неплохой форме. Но куда делся старый добрый Порки? Сколько ты сбросил?

Почему ты просто не идёшь дальше?

Она сияла и, казалось, искренне радовалась неожиданной встрече. Руфус — нет. Совсем нет.

— Больше шестидесяти килограммов, — уклончиво ответил он. — Надо же было что-то менять.

Жозефина поставила рядом тяжёлые пакеты с покупками и внимательно посмотрела на него. Она никогда раньше не видела Руфуса таким стройным. Хотя он всё ещё весил почти сто килограммов, при его росте и телосложении это выглядело вполне нормально.

Она немного опустила взгляд:

— Мы ведь тогда были к тебе довольно жестоки, да? Это было глупо. Когда ты молод, часто делаешь вещи, о которых толком не задумываешься.

Руфус прекрасно понимал, что она даже приблизительно не может представить, что говорит. Но в качестве оправдания он этого не принимал. За то, что они тогда с ним сделали, не было оправдания.

— Это давно было, — коротко ответил он, всё ещё надеясь, что она вскоре уйдёт.

Но вместо этого Жозефина вытянула шею, словно искала официанта. Похоже, она не собиралась уходить. Напряжение Руфуса росло, а вместе с ним поднимались злость и боль.

— Больше двадцати лет, почти двадцать пять. Мы, оказывается, уже здорово постарели, да? — сказала она и весело рассмеялась.

Даже за сорок она оставалась такой же привлекательной, как и в юности.

— Честно говоря, я не скучаю по молодости. Мне с ней не повезло, — сказал Руфус.

Жозефина задумалась и слегка наклонилась к нему:

— Прошлое мы уже не изменим. А вот будущее — да. Хотя тебе это объяснять не нужно. Я всё ещё не могу поверить, какой ты стал стройный. Забавно: не видишься десятилетиями — и вдруг встречаешься на Шлоссштрассе. Ты теперь тоже живёшь в Берлине?

Перестань делать вид, будто мы друзья!

— Всего на несколько недель. Я здесь по контракту.

Жозефина радостно захлопала в ладоши:

— Как здорово! Значит, ты всё ещё занимаешься фокусами?

— Снова. Пришлось на несколько лет сделать перерыв.

Руфусу становилось всё неуютнее. Жозефина была с ним так дружелюбна, как никогда раньше, и это сбивало его с толку не меньше, чем задевало.

— Где ты выступаешь? — спросила она.

— Небольшое варьете на Ку'дамме. Mes Amis. Слышала о таком?

— Возможно. Здесь так много театров… Сам знаешь. Я бы с удовольствием сходила. Я помню, у тебя всегда были классные трюки. Покажи что-нибудь!

Руфус ожидал этого.

Просьба показать фокус — почти неотъемлемая черта людей: об этом просят в любой ситуации. Раньше это раздражало Руфуса, но со временем он понял, что это просто часть его профессии. Магия всегда завораживала людей. Им хотелось верить, что кто-то способен творить чудеса голыми руками.

Тем не менее сейчас ему совсем не хотелось ничего доказывать Жозефине.

— Открой ладонь, — сказал он.

Жозефина выпрямилась и протянула руку. Руфус достал из кармана два красных поролоновых шарика.

— Один я возьму себе, второй — тебе.

Он сжал один шарик в кулаке. Второй положил на ладонь Жозефины и попросил её тоже сжать руку.

— Теперь сосредоточься на своей руке. Ты уже что-нибудь чувствуешь?

— Не знаю… — ответила Жозефина, не сводя взгляда со своей руки.

— Не открывай.

Руфус медленно, с лёгкой театральностью разжал кулак.

Он был пуст.

Жозефина недоверчиво уставилась на его ладонь.

— Теперь ты.

Когда Жозефина открыла руку, в ней оказались оба шарика, хотя Руфус больше к ним не прикасался. Она рассмеялась от удивления, пока рядом непрерывно двигался поток машин.

— Невероятно! У тебя ещё есть такие?

Ну что, Порки, этот жирный клоун тебя хорошо развлекает? Хочешь посмотреть, что он ещё умеет?

Руфус незаметно огляделся. Бесчисленные прохожие на оживлённой улице не обращали на них никакого внимания.

— Здесь — нет, — ответил он. — Разве что у меня дома. Но ты можешь просто прийти завтра в театр. У меня есть бесплатные билеты.

— Отлично! Тогда я могу взять с собой мужа, — сказала Жозефина. — А ты женат?