Наконец, он нашёл нужного парня. К этому времени мы уже закончили короткий пролёт моста. Большая часть братьев и животных перебрались в лес на острове, и Лейтенант стал рассылать дальние пикеты.

С каждым днём в голосе нашего предводителя усиливались истеричные нотки, настолько он был уверен, что вынужденный простой навлекает на нас ужасную опасность.

Я перенёс лазарет на остров, но большую часть времени проводил за написанием летописи Отряда, потому как пациентов было немного. Внезапно ко мне явился Одноглазый.

— Я тут кое-что нашёл, и возможно, тебя это заинтересует.

Я вытаращился на него. Вдруг, розыгрыш? Но от него не пахло выпивкой, только воняло резкой формой аллергии на мыло и воду.

— Ладно, веди.

Одноглазый потащил меня через такую густую чащу, что местами человеку моего роста было почти невозможно продраться. Пришлось жертвовать кусками одежды и собственной плоти.

Целью наших мытарств явилось озеро, расположенное по центру острова. Внутри озера находился крохотный островок, по большей части песчаный.

Все, что я смог сказать:

— Странно.

Мы выяснили, что озеро соединено с рекой узким каналом искусственного происхождения, как и больший остров.

Со слов Одноглазого, островок внутри острова привлёк его внимание магической аурой и он является его первооткрывателем. Иными словами, вероятнее всего, клоун наткнулся на него в поисках укромного местечка для самогонного аппарата.

— В этом месте наши водные нимфы выходят понежиться на солнышке, — заявил Одноглазый с самой плотоядной ухмылкой. — На это стоит посмотреть. Только не проболтайся Гоблину! Старый хрыч не выдержит такого потрясения.

Одноглазый всегда рад позаботиться о друге.

Несмотря на стеснённость нашего укрытия, мелкий колдунишка сплясал непристойный вариант джиги:

— Эх, Каркун! Там есть одна такая… готовый инфаркт для Гоблина. Даже его клювик решит вспомнить о тех временах, когда мог стоять. Черт! Увидев её, даже ты забил бы на свою подруженцию.

Ну вот, снова эта чушь о нашей близости с Госпожой.

Хотелось бы, но….

— Не распространяйся про это место, — попросил он меня. — Иначе каждый половой член вместо наряда будет удирать сюда, а не делать то, что нужно, чтобы мы могли свалить по дороге нахрен подальше. Туда, где Взятые нас больше не побеспокоят. Ну, чего ты на меня уставился?

— Ты сам мог бы пореже здесь ошиваться, а, возможно, даже поспособствовать тому, чтобы мы свалили нахрен подальше по этой самой волшебной дороге.

— И как именно, умник? Я специалист. Мой вклад в общее дело — мои умения, знания и воображение, а не грубая сила.

— Гораздо чаще — мастер-класс по всякого рода ерунде и высокопробной лени.

— Каждый должен в чём-то преуспеть.

Я устал от фехтования колкостями. Старый хрыч может продолжать в том же духе, пока я окончательно не состарюсь. А он уже пережил всех, кроме Гоблина, так что переживёт и меня, даже если мне повезёт протянуть ещё лет тридцать. Что, думаю куда менее вероятно, чем шанс переспать с Госпожой, о котором мне намекают каждый чёртов день моей жизни.

Внезапно посерьёзнев, Одноглазый спросил:

— Слышал что-нибудь о Трепаче или о Молотке?

— Ничего.

На мой взгляд, этот недоумок Трепач вместе с недоумком псом утонули и уже должны были раздуться и всплыть где-то ниже по реке. Что случилось с Молотком, осталось загадкой, но думаю, то, что от него осталось, можно найти в нескольких милях ниже по течению от Трепача, хорошо обглоданное речными раками.

* ⠀* ⠀*

Если честно, мой моральный компас не всегда работает так хорошо, как хотелось бы.

Однажды у меня случился упадок сил, и я не смог удержаться, и таки пробрался взглянуть на потайной остров.

На этот раз, а может быть, и впервые в жизни, Одноглазый поскромничал.

В солнечный полдень этот остров превратился в райский.

Когда я впервые пришёл туда, из воды в великолепной наготе вышли четырнадцать русалок. Десять из них были женщинами, ещё две — девушками и две — подростками. У меня сложилось впечатление, что их специально разводили ради внешности, а также, что они знают, что за ними наблюдают. Они постарались, чтобы любой кто хочет, мог рассмотреть все в подробностях.

Попутно я сделал одно интересное открытие: вероятнее всего они могут быть оборотнями. Каждая из них, выныривая, задерживалась в воде на уровне бёдер, около полуминуты оставалась неподвижной, а затем выходила на берег, демонстрируя чудесные ноги. Вот только…

У одной из девочек, когда она замерла, на мгновение показалось что-то вроде моржовой шкуры, а когда она снова начала двигаться — ноги. Затем самая младшая на мгновение покрылась блестящими зелёными чешуйками.

На обратном пути в лазарет я прошёл с подветренной стороны от самогонного аппарата Одноглазого. Я не стал возмущаться и докладывать начальству. Меня бы самого спросили, что я здесь делал.

Я приходил ещё дважды. Надеюсь, Она не следила за мной.

* ⠀* ⠀*