— Я рожу этого ребёнка, — сказала она. Воздух вокруг нас сгустился, как бывает перед грозой. — И он исполнит своё предназначение, чего бы мне это ни стоило.

От её слов у меня мороз по коже.

— Ты же понимаешь, что Совет этого не допустит?

Ветер взметнул её волосы. Её губы расплылись в ухмылке.

— Совет уже не сможет меня остановить. Никто не сможет.

— Боже, Никки, ты сама себя слышишь? — спросила я, сморщив нос. — Ты, конечно, всегда была конченной психопаткой, но это уже…

— Заткись, Джемма, — перебила она, пока я пыталась подобрать нужное слово. — Грядёт новый рассвет, и ты не сможешь этому помешать. Слишком поздно. Я буду той, к кому они все прибегут! Не ты.

— О чём ты вообще? — спросила я, не улавливая ход её мыслей. — Послушай, Никки, ещё не поздно остановиться. — В моём голосе звучала мольба. Я надеялась достучаться до её здравого смысла. Если он у неё вообще есть. — Время ещё есть, всё можно исправить.

— Всё будет так, как должно быть. Я отомщу всем и начну с тебя, — сказала она и уже собиралась развернуться обратно в дом, но задержалась напоследок. — Считай это моим последним предупреждением, Джемма. Твои дни сочтены.

Её голос был настолько низким и холодным, что меня пробрало до костей.

И тут она захлопнула дверь перед моим носом.

***

Не знаю почему, но я чувствовала себя «стукачкой», когда сидела напротив Старшего Магистра и пересказывала все неприглядные подробности нашей встречи с Никки. Но что ещё мне оставалось? Эта чокнутая совсем утратила связь с реальностью и теперь одержима идеей родить ребёнка Люцифера, как будто это самое обычное дело перед школьным выпускным. Не говоря уже об очень прямой и реально пугающей угрозе моей жизни.

— Она без боя не сдастся, — сказала я, откидываясь на спинку кожаного кресла.

— Сколько демонов, говоришь, там было? — хмуро спросил он, сложив пальцы «домиком» и упираясь локтями о стол.

— Пятеро… ну, уже четверо, но, возможно, я видела не всех. — Интуиция кричала, что их там намного больше, и это только начало. — Ты вчера говорил о повышенной демонической активности. Как думаешь, они прибывают сюда ради неё? Чтобы защитить её и ребёнка? — спросила я, чувствуя растущий ком в горле.

— Очень похоже на то. — Он резко втянул воздух и расправил ладони на столе. — Времени мало, Джемма. Такими темпами мы скоро на милю не сможем к ней приблизиться. Если Всадники не войдут в полную силу, у них не будет ни малейшего шанса остановить апокалипсис.

— Знаю.

— Так, значит, ты согласна?

В его глазах горела надежда.

— Не совсем. — Я опустила глаза, не желая видеть разочарование в его взгляде. — Сначала мне нужно задать несколько вопросов.

— Вопросов? Хорошо. Я слушаю.

Ком в горле стал жёстче. Я пыталась найти в себе силы озвучить терзающий меня вопрос.

— Если я соглашусь… примкнуть к ним или что там нужно сделать… что будет со мной потом?

— Потом? — повторил он, наморщив лоб.

— Они веками спали в ожидании часа Х. Полагаю, как только угроза будет устранена, они снова прогрузятся в спячку, так? — Уильям не ответил, но я видела по глазам, что он понимает, к чему я веду. — Что будет со мной? Я смогу вернуться к нормальной жизни? Или мне тоже придётся заснуть на веки вечные?

Он откинулся на кресле и тяжело вздохнул.

— Хочешь услышать правду?

— Прошу.

Ничто другое меня не устроило бы.

— На самом деле мы не знаем, что будет после выполнения их миссии.

Я зажмурилась и опустила голову. Именно этого ответа я не хотела услышать.

— Как бы страшно это ни звучало, боюсь, другого выбора нет, Джемма. Ты должна снова пожертвовать жизнью ради всеобщего блага.

Я вскинула глаза, не скрывая своей злости.

— Легко тебе говорить. Не ты же приносишь себя в жертву каждый грёбанный раз.

— Ты права, — ответил он, кивая. — Если тебя это утешит, я бы не раздумывая поменялся с тобой местами, если бы мог.

— Но ты не можешь, так что мне не легче, — пробормотала я, даже не пытаясь подсластить пилюлю. Честно, меня уже так тошнит от всех, кто говорит мне, что я должна делать и чем должна пожертвовать ради других. А как же я? Как же та жизнь, о которой я мечтала? Как же Трейс и его видение?

Я не могу не думать о том, возможно ли это ещё. И, думая об этом, я внезапно осознала, как сильно хочу, чтобы это было правдой. Хочу быть с ним, хочу выйти за него замуж. Перестать вечно бегать, охотиться и умирать… получить своё «долго и счастливо».

Что, если, дав согласие, я лишу себя такой возможности? Что, если в таком случае моё прекрасное будущее ускользнёт между пальцев?

Глубокий страх скрутил мои внутренности. Я посмотрела в глаза Магистра.

— Мне нужно ещё время, чтобы подумать, — сказала я, пытаясь стряхнуть с себя чувство обречённости.

Он скривился. В глазах из-под сведённых бровей сквозило разочарование.

— Наше время на исходе, Джемма.