Чёрт, да это намного больше, чем то, что удалось придумать мне. Напоминаю, у меня вообще плана не было.

— А как же твои родители?

Боюсь, процесс будет непростым, даже болезненным для меня. Честно говоря, я ещё ни разу не пыталась бороться с внушением, так что не знаю, на что на самом деле подписываюсь.

— В командировке. — Он произнёс это так, будто они вечно в этих командировках. — Дом полностью в моём распоряжении, так что это не проблема.

Я благодарно улыбнулась ему.

— Я буду в долгу перед тобой, — сказала я, начиная отходить задом наперёд. — Тогда встретимся часиков в семь, нормально?

— Отлично. Мне предупредить Трейса?

— Нет! — воскликнула я несколько громче, чем стоило. — Не хочу его в это впутывать, ладно? Пообещай, что это останется между нами.

— А если ты вырвешься из оков? — обеспокоенно уточнил он. — Не думаю, что смогу справиться с тобой в одиночку.

— Тогда позаботься о том, чтобы цепи точно выдержали, — ответила я и развернулась к лестнице.

***

Ливень шёл стеной, когда я выехала со школьной парковки и направилась в Храм. От Уильяма не было никаких вестей с тех пор, как я оставила ему наших дорогих всадников. И хотя мне грела душу мысль, что решение проблемы с отпрыском Люцифера они взяли на себя, меня в то же время напрягало то, что я не в курсе их планов. Особенно теперь, когда Морган подтвердила, что Никки родит этого ребёнка. Я переживаю, что Совет намеренно держит меня в неведении, словно знает, что мне их методы не понравятся.

— Джемма, какой приятный сюрприз, — поприветствовал меня Уильям в атриуме. — Какими судьбами?

— Просто решила заехать по пути домой. Хотела спросить, как дела у вас и двух всадников.

— Трёх, — поправил он, его брови подпрыгнули на мгновение.

— Смерть уже здесь?

Из моих уст это прозвучало правда странно.

— Абсолютно верно. Приехал сегодня утром.

Уильям жестом пригласил меня пройти следом за ним.

— Ого. Так что теперь? — спросила я, догнав его. — Какой у нас план?

Он поджал губы, опустив взгляд на мраморный пол, перед тем как снова посмотреть мне в глаза.

— Ты ведь уже наверняка знаешь, что одна из нас вынашивает наследника Люцифера.

«Странный выбор слов», — подумалось мне. Наверно, Уильям просто не хочет называть его ребёнком.

— Да, я в курсе.

Старший магистр медленно кивнул.

— С учётом информации, которой располагает Орден, мы не можем допустить, чтобы роды состоялись.

Я резко остановилась, разворачиваясь к нему, чтобы прожечь взглядом.

— И как именно вы намерены этому помешать? Я уже пыталась поговорить с Никки. Она категорически против делать аборт.

Уильям склонил голову.

— Да, я знаю. К сожалению, мы сейчас не в том положении, чтобы предоставлять ей право выбора.

Я вскинула голову и скрестила руки на груди.

— И что же это значит?

— Пожалуйста, Джемма. — Он снова взмахнул рукой, прося идти дальше. Я поколебалась, но пошла. — Помнишь, как несколько месяцев назад я пришёл к тебе с просьбой, которая едва не перевернула всю твою жизнь с ног на голову? — Он на секунду взглянул на меня и продолжил: — Я просил тебя принести жертву. Одну жертву ради блага многих.

Такое забудешь.

— И сейчас вы снова это делаете? Хотите пожертвовать ею? — Я с трудом сдерживала отвращение в голосе.

— Всё намного сложнее, чем кажется. Это угроза для всех нас…

— Угроза, которая должна быть уничтожена, да? — вызывающе договорила я, зная их логику и методы как никто другой. — Ну же, имей хотя бы смелость говорить прямо. Вы ведь собираетесь убить её, верно? Ни в чём не повинную семнадцатилетнюю девочку.

Ладно, про «ни в чём не повинную» я преувеличила. Никки — та ещё стерва, но всё же она не сделала ничего такого, чтобы быть приговорённой к смерти. Это безумие.

— Я понимаю, как тяжело тебе это слышать. Именно поэтому я не стал поручать…

— При всём моём уважении, сэр, но проблема не в том, что мне «тяжело это слышать». Ты говоришь об убийстве беременной девочки-подростка и её нерождённого малыша! Неужели тебе не кажется, что это несколько неправильно? Я бы даже сказала бесчеловечно. Или мы уже не в том положении, чтобы задумываться о гуманности и справедливости?

— Ради всего святого, Джемма! — возмутился он, как будто это я веду себя сейчас как бесчувственная психопатка. — Этот ребёнок — не человек. Это отродье самого дьявола! Его существование недопустимо! Что ещё нам остаётся?

Я снова остановилась, его слова задели меня за живое.

— Когда-то ты говорил то же самое обо мне.

— Да, но это другое. То было до того, как…

— До того, как ты узнал, какая я на самом деле? — перебила я, не давая договорить. — А теперь ты точно так же поступаешь с этим ребёнком. Ты даже не даёшь ему шанса выбрать собственный путь.