Да и много воды уже утекло. Тогда Доминик не значил для меня так много, как сейчас.

— Я не хочу, чтобы ты его уничтожал, — тихо призналась я, отводя взгляд.

Его глаза, видящие меня насквозь, впились в моё лицо.

— Потому что у тебя всё ещё остались чувства к нему.

Напряжённый кивок — это всё, на что мне хватило сил.

— Ну, подождём, когда ты разлюбишь его окончательно, — сухо предложил он; его обычно завораживающие глаза как-то пугающе сверкнули. — И вместе вонзим кол в его сердце.

— Очень смешно, — ответила я, хоть и догадывалась, что он вовсе не шутит. — Будь всё так просто, я бы не оказалась сейчас здесь.

— Да уж, наверное, — произнёс он, вновь скользя изучающим взглядом по цепям. — Но, возможно, до этого всё дойдёт, если за ночь мы так и не найдём способ вывести тебя из-под его внушения.

Я нахмурилась. Он прав. Мы не можем просто стоять так до бесконечности.

— Не то чтобы я против, — продолжил он, вновь посмотрев мне в глаза. Игривый блеск выдавал его лёгкий флирт. — Но кому-то из нас рано или поздно понадобится в туалет.

Я снова засмеялась и просияла, чувствуя благодарность за то, что он пытается отвлечь меня, пока я пребываю в столь отвратительном состоянии.

— Спасибо, что пришёл, — сказала я, чувствуя, как гулко бьётся сердце, когда он смотрит прямо на меня своими проникновенными, выразительными глазами. — Не думаю, что я пережила ещё хоть час, если бы не ты.

— Я всегда приду к тебе, Джемма, — пообещал он едва слышным шёпотом только между нами. — Всегда.

Моё сердце откликнулось на его слова, хоть мне и не хотелось цепляться за это обещание. Это сейчас он так говорит, но что, если со временем его чувства изменятся? Будет ли он так говорить, когда узнает правду о случившемся?

— Может, однажды ты будешь доверять настолько, что обратишься сразу ко мне.

У меня внутри всё сжалось от его слов, от этой боли, что читалась между строк.

— Я не позвала тебя не потому что не доверяю, Трейс. Доверие здесь ни при чём.

Я поджала губы и отвела взгляд, потому что не могла объяснить подробнее.

Он снова поймал мой взгляд.

— Так ты доверяешь мне?

— Всю свою жизнь, — на автомате, не задумываясь, ответила я.

Трейс так долго и пристально смотрел на меня, что я засмущалась. Он кивнул, удовлетворённый ответом.

— Как твоя голова? — спросил он и вновь поднёс ладонь к моему лицу, чтобы нежно погладить по щеке.

— Болит, но уже вполне терпимо.

Я улыбнулась ему. Разряды электричества пробежали там, где наша кожа соприкасалась.

С Трейсом мне определённо лучше. Без него я едва ли выдержала ещё хотя бы двадцать минут, что уж говорить о целой ночи. Но как бы мне ни нравились ощущения от его прикосновений, внушение Доминика всё ещё никуда не делось. Не можем же мы в самом деле остаться в подвале Бена до конца наших дней.

Нужно что-то делать.

— Что, если это не пройдёт само? Что, если так будет и дальше? — спросила я. Страх пронзал мои внутренности острым лезвием и медленно проворачивал его. — Что, если единственный способ прекратить эту пытку — это… подчиниться?

Трейс напряг челюсть, задумавшись.

— Сможешь потерпеть немного, если я уберу руку?

— Зачем? — прохрипела я, не желая проверять.

— Всего на минутку, обещаю.

Он медленно отвёл ладонь от моего лица, внимательно следя за моим состоянием, и потянулся к своему карману, чтобы вытащить мобильник.

Я напряжённо наблюдала, как он листает список контактов. Что он задумал?

— Нам понадобится подкрепление, — пояснил он и посмотрел мне в глаза. — Я звоню Габриэлю.

16. КОМАНДА «А»

После короткого звонка Трейса и чуть более долгого и подробного разговора с Беном, Габриэль за двадцать минут подъехал к дому Бена, получив приглашение и всё такое, и затем присоединился к нам в подвале. Честно, с учётом всей этой обстановки с цепями и кандалами, это уже начинает походить на очень специфичную сексуальную фантазию на тему БДСМ. Но увы, я была не в том состоянии, чтобы оценить всю ироничность ситуации.

Габриэль резко остановился, едва его тяжёлый взгляд упал на меня.

— Чёрт побери, Джемма.

— Я не виновата. Что ещё мне оставалось? — попыталась оправдаться я в ответ на невысказанные обвинения. Он лучше кого-либо должен понимать, насколько сложно (читай — невозможно) противостоять силе внушения.

— Ты же осознаёшь, что просто переждать не получится? Внушение не исчезает со временем, — начал он читать лекцию, очевидно недовольный моим вариантом решения проблемы.

И как раз этого я слышать не хотела. Габриэль вечно приносит дурные вести, чтобы, когда мне и так плохо, добить меня окончательно.

— А что, чёрт побери, мне делать? — взревела я, стараясь не звучать слишком страдальчески. — Я не могу просто отправиться в логово монстра и предложить ему своё горло, если ты понимаешь, о чём я.