— Неужели ни одному из вас не пришло в голову уложить меня на серебряную кровать? — Она наклонилась и сплюнула кровь прямо в доходящую до лодыжек жижу, после чего повернулась к Кощею с хищной, рваной ухмылкой. — Младший братец. Слишком много времени прошло.

И она бросилась на него.

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ПЯТЬ

Всё замерло. А в следующий миг Анна уже навалилась на Кощея, вонзая в него серебряную пластину, и лезвие, которым он только что резал меня, отлетело в сторону. Операционный стол, к которому я была привязана, крутанулся боком.

Помощник Кощея бросился к моей койке.

— Где она? — выкрикнул он вслух, перебирая оставшиеся инструменты Кощея. Он нашел короткое треугольное лезвие и посмотрел на меня сверху вниз. — Где?

— Где что? — Мой голос сорвался от страха, когда он занес нож над моим животом.

— Твоя душа… — ответил он, с размаху вонзая нож мне в живот.

Ощущение было такое, словно меня ударили со всей силы. Весь воздух пулей вылетел из моих легких, и я могла лишь судорожно ловить его ртом, моля о пощаде.

— Перестань… пожалуйста…

Он проигнорировал меня и рванул лезвие в сторону, пуская вслед за первой новую, еще более сокрушительную волну боли. Он выдернул нож, и моя собственная кровь брызнула мне на грудь. Я стиснула зубы, чтобы не закричать от этого зрелища, и тут…

Другой вампир подбежал и повалил его, увлекая за собой в жижу. Они сцепились в драке, снова закрутив мой стол. Я попыталась приподнять голову, чтобы посмотреть на живот, но двигаться было слишком больно. Вместо этого я задеревенела, уставившись в потолок и слушая нарастающие звуки анархии, бушевавшей вокруг.

Свет начал меркнуть. Ранения в живот — это всегда ужасно, грязно и трагично. Господи боже, мне никогда в жизни не было так больно, но… сколько времени прошло? Уж точно недостаточно, чтобы я успела истечь кровью. Однако моя лихорадочная логика не находила аргументов против огромной тьмы, опускавшейся сверху, точно брюхо черного паука. Я понимала, что умираю. А затем я услышала звон бьющегося стекла — это над головой один за другим начали гаснуть светильники. Из каждого закоулка, какой только был в этом подвальном операционном блоке, принялись множиться и сгущаться тени.

На потолке сформировалась иссиня-черная капля размером с человека, а затем рухнула вниз. С болезненным вздохом я повернула голову, провожая её взглядом: она упала прямо на бегущих вампиров. Оба они мгновенно исчезли внутри неё, застряв, словно мухи в янтаре. И никто из них больше не выбрался наружу.

Тени. Настоящие Тени. Хранители округа, наконец-то явившиеся отстоять свои права.

— Ну ни хрена себе, самое время, — прошептала я.

— Мы пришли забрать то, что принадлежит нам, — хором прозвучали жуткие голоса прямо у меня в голове.

Рядом со мной продолжались звуки борьбы — тошнотворный влажный хруст ломающихся костей, причмокивание засасывающей грязи, которая то удерживала, то отпускала бойцов. Мою койку пнули, вся эта хлипкая конструкция загрохотала, снова закружившись, точно крыша дома во время торнадо — и на мгновение в поле зрения снова появилась Анна. Каким-то образом её вид помог мне сконцентрироваться на её голосе, и я принялась слушать, как она кричит, перекрывая весь остальной хаос.

— Ты сказал им, что я младше тебя, Кощей! Скажи, что ты солгал! Скажи, что вместо тебя они должны были выбрать меня! Скажи это! — Она сидела на корточках верхом на Кощее, запустив пальцы в его волосы и раз за разом с силой прикладывая его голову о край сточной трубы, пока он отбивался от неё переломанными руками. — Скажи это!

— Вместо меня они должны были спасти тебя! — наконец взвыл он, признавая поражение.

Анна замерла.

— Нет, — выдохнула она, тяжело дыша над ним и удерживая его навесу. — Они должны были спасти всех. — Она занесла его голову, чтобы снова обрушить на трубу, но немного сместила траекторию, так что на этот раз труба пришлась ему прямо по шее. Раздался хруст. Она рванула, и он закричал, пока она не разорвала его надвое. Затем она подняла его голову высоко вверх, словно голову Горгоны, демонстрируя её немногим уцелевшим Зверям. Голова смотрела на нас, судорожно шепча извинения и хлопая глазами, пока не съёжилась сама в себя, осыпавшись прахом. Оставшие Звери при виде этого бросились наутек, и она помчалась следом за ними.

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ШЕСТЬ

Вампир, который чуть раньше свалил помощника Кощея, поднялся на ноги возле моих ног, сплошь покрытый прахом, налипшим на мокрые пятна его черного одеяния. Он направился ко мне, потянувшись к кожаным манжетам на моих лодыжках.

— Нет! — Я принялась брыкаться как могла, и от этой боли из моих глаз так и хлынули слезы.

— Эди, перестань. Я пытаюсь помочь! — Он силой удержал мою лодыжку и расстегнул ремень.

— Кто…

— А ты как думаешь? — Он свирепо зыркнул на меня. Одет он был точь-в-точь как Звери, и на руках у него тоже были перчатки, но черты его лица на мгновение смягчились под этой безумной, облепленной грязью бородой. Другой Зверь рванулся вперед, чтобы его остановить. Прежде чем я успела выкрикнуть предупреждение, волна Тени сбила нападавшего с ног.

— Ашер?