— Ты ведь любишь Альберта, да? Он такой милый человек. Хотя у меня есть предчувствие, что он мог бы запросто кого-нибудь убить. Он совсем не маленький.

Плечи Ригана впереди нас затряслись. Подняв ногу, я пнул его под колено, отчего его левая нога подогнулась, прежде чем он успел выпрямиться. Я не сделал ему больно, просто напомнил, где он находится и с кем. Больше он не смеялся всю дорогу наверх. А вот Хартли смеялся.

— Слава тебе господи, — выдохнул я, когда двери открылись и я снова оказался дома. На этот раз пришла моя очередь тащить Хартли вверх по лестнице и в свою спальню. Латте нигде не было видно, а значит, она ушла на прогулку.

— Да, пожалуйста, — взмолился Хартли, когда его спина с пружинящим стуком опустилась на кровать. — Я ждал этого всю дорогу в машине.

Я снял куртку и забрался на него, оседлав его своими бедрами.

— У меня сейчас нет терпения, чтобы не торопиться с тобой.

— Все в порядке. Оргазм есть оргазм, и раз уж ты сегодня перевез меня в свой дом, меньшее, что я могу сделать, — это отсосать тебе. Или, может, это тебе стоит отсосать мне за то, что я не стал сопротивляться, когда ты включил своего альфа-самца. — Он постучал пальцем по подбородку.

— Хватит, — зарычал я и принялся расстегивать рубашку, пуговицу за гребаной пуговицей. — Тебе повезло, что ты мне нравишься, иначе я бы забил твой рот так плотно, что ты не смог бы ничего, кроме как скулить.

— Я знаю, что ты крутой босс мафии, но над этой угрозой нужно еще поработать. Не стоит пытаться запугать меня хорошим времяпрепровождением. — Его руки переместились к ширинке моих брюк, чтобы расстегнуть их. — Пихай свой член куда угодно, я с радостью его приму.

Я избавился от рубашки и уперся ладонями по обе стороны от его головы.

— Я хочу войти в твою задницу, Хартли. Без всего, но я пойму, если тебе будет комфортнее с презервативом.

— Ты не сделаешь мне больно, Джордан.

— Нет, не сделаю.

— Ты чист?

Я кивнул:

— Я не проверялся с тех пор, как был с Вейлом, но сдавал анализы до него.

— Я проверялся пару месяцев назад и с тех пор ни с кем не был.

Он завозился под мной, пока не расстегнул свои джинсы.

— Трахни меня.

Кому угодно другому я бы напомнил, кто здесь главный, но он сам предлагал себя. Я не собирался ни в чем ему отказывать. Отстранившись, я стянул брюки, боксеры и носки, а затем схватил смазку. Когда я снова посмотрел на Хартли, он уже был голым, стоял на четвереньках, готовый и согласный.

— В другой раз я буду ласкать тебя дольше, — сказал я ему.

— Уже жду этого с нетерпением.

Обильно смазав себя, я начал растягивать его одной рукой, пока другая скользила по его боку, а затем по позвоночнику. Хартли не был качком с рельефными мускулами, как Вейл, но мышцы у него имелись. На его животе проступали не столь четко очерченные кубики, а талия слегка сужалась с обеих сторон. Хотя сзади я не мог разглядеть этот рельеф, я уже успел мельком заметить и его, и легкую растительность, покрывающую его грудь и живот.

Хартли начал подаваться назад, умоляя о большем. Я вытащил палец, прицелился и вошел так глубоко, как только мог, не утруждая себя тем, чтобы дать ему время привыкнуть. Он простонал, давая понять, что все в полном порядке.

— Мать твоя женщина, — пробормотал я.

Он был горячим, узким и до безумия красивым в такой позе. Я откинулся назад ровно настолько, чтобы вытащить член, оставив внутри лишь самый кончик. Мои руки сжали его бедра, и я снова с силой вогнал его до упора.

— Да, Джордан. Трахни меня.

Эти слова высвободили ту часть меня, которая только и ждала возможности вырваться наружу. Первобытную часть, которая не желала ничего иного, кроме как залить Хартли своей спермой.

Толчок за толчком, стоны срывались с его губ, пока рычание вырывалось из моих. Я вколачивался в него так сильно, что он продвигался вперед по кровати, пока почти не уперся в изголовье. Хартли ни разу не пожаловался. Совсем наоборот, он продолжал повторять мое имя.

Я настолько потерял голову от похоти, преследуя собственный оргазм, что забыл позаботиться о нем, и мысленно выругал себя за то, что не прикоснулся к нему раньше. Его грудь опустилась на кровать, когда его рука нащупала собственный член. Я попытался убрать его руку, чтобы сделать это самому.

— Нет, — тяжело дыша, произнес он. — Продолжай держать меня за бедра, продолжай владеть мной. Я уже на грани.

Навалившись на его спину, я прижал свою потную грудь к его позвоночнику и стал трахать его еще глубже, попадая точно в цель, пока он не выкрикнул мое имя и не начал кончать. Его стоны становились все громче, чем сильнее я двигался.

— Ты мой, Хартли. Нахрен мой.

Мои губы приоткрылись, и я укусил его за плечо, кончая так сильно, что мне не хотелось останавливаться.

— О боже мой, да.