— Продолжайте давить! — прорычал я своим солдатам.

Рапп тоже выкрикивал приказы, пытаясь удержать наш начинающий рассыпаться строй. Три стрелы сорвались с его лука и поразили двух Ангелов, приближавшихся из соседнего прохода между шатрами. Наложив новые стрелы на тетиву, он снова взял на прицел противников перед нами.

Между нами взорвались тени. Разрушители использовали свою магию, вздымая землю под ногами Ангелов. Вынужденные отпрыгивать и уворачиваться, они потеряли строй, позволяя остальным Демонам добивать их.

Из-за двух шатров вылетело копьё и пронзило одного из Везэто. Рапп выругался и оттолкнул раненого мужчину себе за спину, подальше от опасности. Тот застонал, пытаясь вытащить наконечник из плеча.

Ещё один Демон рухнул на землю с глубокой раной на бедре; Ангелы сражались с всё большей яростью.

Впереди появились ещё десятки, словно шершни из потревоженного гнезда. Нас превосходили числом ещё до того, как мы покинули лагерь Демонов, но теперь чаши весов стремительно склонялись не в нашу пользу.

В самую гущу боя ворвались два широкоплечих, массивных мужчины, сразу пробиваясь в первые ряды. Они разделили внимание: один устремился ко мне, другой сосредоточился на Раппе.

Те несколько мгновений, которые у меня были на оценку положения, исчезли, когда Ангел с лазурными глазами направил клинок прямо мне в живот. Искры обожгли воздух, когда наши мечи столкнулись с оглушительной силой.

Мышцы дрожали от напряжения. Наши клинки были сцеплены, зубы стиснуты, и мы боролись за превосходство. Ангел внезапно отвёл меч назад, лишая меня опоры, и тут же нанёс новый удар. Я пригнулся, выбросил ногу вперёд и ударил его по икре, после чего развернулся, позволяя бронзовому клинку продолжить движение вместе со мной. Он отшатнулся, едва спасая шею, а затем снова ринулся в атаку.

Рядом со мной остальные Демоны тоже были заняты своими схватками, в то время как всё больше беловолосых насекомых стекалось в нашу сторону.

Что так долго делает Ассирия?

С рычанием я толкнул противника назад, и тот споткнулся о тело одного из своих погибших собратьев.

Крик привлёк моё внимание слева, и сердце остановилось.

Мужчина, из чьего торса торчали стрелы, выбил ноги Раппа из-под него. Опираясь одной рукой о землю и всё ещё сжимая другой изгиб своего лука, Рапп пытался подняться.

Время замедлилось.

Ангел занёс серебристый клинок и направил его прямо в грудь Раппа.

— Нет! — взревел я, бросаясь к ним.

Ониксовая сила вырвалась из меня и ударила в Ангела за долю мгновения до того, как я сам врезался в него. Мы рухнули на землю, разбрасывая грязь во все стороны. Я выхватил кинжал из ножен на бедре и принялся наносить удары вслепую.

Мы влетели в белое полотно, и шатёр обрушился на нас сверху.

Ярость делала мои удары точнее.

Кинжал вошёл в мягкую плоть.

На следующий удар я услышал болезненный стон.

Затем я вырвался из-под обломков. Мужчина схватил меня за лодыжку, и я наступил ему на руку, вырывая из его горла удовлетворённый крик. Я полоснул ладонь до кости, прежде чем развернуться к продолжающемуся бою, ожидая увидеть, что Рапп уже восстановил наш небольшой строй.

Я замер.

Кровь застыла в венах.

Серебристое лезвие торчало из груди Раппа насквозь.

В отблесках белой магии оно сияло, словно отполированный драгоценный камень, а не оружие войны.

Одно короткое мгновение мы смотрели друг другу в глаза.

Его взгляд был полон сожаления.

И тогда из моего горла вырвался рёв, наполненный такой яростью, что я надеялся: даже Жнец содрогнётся от него и обратится к Ткачихе с просьбой прервать путь, по которому шёл мой друг.

Красная пелена накрыла зрение.

Тени вокруг меня обезумели, хлеща каждого Ангела, который попадался им на пути, без разбора и без пощады.

Я не призывал их.

Не приказывал им.

Они действовали сами по себе, пока всё моё внимание было приковано к мужчине, который находился рядом со мной ещё с тех времён, когда мы были юнцами в военной академии.

Я рухнул на колени и ударил кулаком по пропитанной кровью земле, призывая мёртвых восстать и защитить нас, пока я пытался понять, как, во имя всех Судеб, спасти ему жизнь.

— Рокат, — выдохнул Рапп вместе со сгустком крови.

Мне было плевать, что он назвал моё настоящее имя посреди лагеря Ангелов.

Короткий меч не задел сердце, но всё равно вошёл между рёбер, вероятно, пробив лёгкое.

— Даже не думай говорить. Даже не думай умирать. Ты меня слышишь? — процедил я сквозь зубы, лихорадочно перебирая в голове способы ему помочь.

— Не сегодня, — прохрипел он.

Я ударил его по ноге.

— Береги силы. Ты отдал свою кровь Судьбам. Твоя нить не оборвётся.

Сквозь пелену до меня донеслись крики, наконец заставляя отвлечься от Раппа. Мёртвые уничтожали всех, кто попадался им на пути.

Но хаос порождали не только они.