Схватив меня за волосы, он рывком поднял меня на ноги и впился в мои губы жёстким поцелуем. Его язык настойчиво скользнул по линии моих губ, и я раскрылась ему навстречу, вновь ощущая собственный вкус. Он тоже чувствовал свой вкус: солоноватый, терпкий, смешанный с мускусным ароматом. Его зубы впились в мою нижнюю губу, пока он обхватывал мои бёдра и поднимал меня вдоль своего твёрдого тела.

Развернувшись, он опустился на трон, и я снова оказалась верхом на нём. Я качнула бёдрами, прижимаясь к его, и из моей груди вырвался всхлип, потому что между нами наконец не осталось никаких преград.

— Я скажу тебе, кто ты для меня, Ассирия, — прорычал Рокат, обхватывая рукой своё возбуждение и направляя себя ко входу в моё тело.

Я обвила руками его шею, пытаясь удержаться и подготовиться к тому, как он растянет меня.

— Ты причина, по которой мой клинок будет обрушиваться на врагов с новой яростью.

Он прижался ко мне, и моё дыхание сбилось.

— Ты причина, по которой я дышу.

Один. Проклятый. Дюйм.

Только столько он дал мне, когда я жаждала всего его целиком.

— Ты моя боль.

С моих губ сорвался тихий стон, когда он позволил мне ощутить ещё немного.

— Ты моё удовольствие.

Влага скользнула по моим бёдрам, когда его головка наконец оказалась внутри меня.

— Ты единственная женщина, которую я когда-либо любил. Единственная, которую я когда-либо буду любить.

— Рокат, — выдохнула я, и в этом слове не осталось ничего, кроме желания.

Влажный, скользящий звук наполнил пространство, пока он погружался глубже.

— Ты моя истинная пара. Я убил бы миллион солдат, чтобы услышать эти три слова из твоих прекрасных губ. Чтобы услышать своё имя на них, когда ты рассыпаешься на части от наслаждения. Чтобы чувствовать, как ты дрожишь, пока я вытягиваю из тебя удовольствие.

— Рокат, пожалуйста, — взмолилась я, больше не скрывая своего отчаяния.

Если он не окажется внутри меня прямо сейчас, я погибну.

Одним мощным движением он вошёл до конца. Наши тела столкнулись с такой силой, что меня подбросило вверх, прежде чем я снова тяжело опустилась на него.

— Судьбы, — выдохнула я, и перед глазами вспыхнули искры желания.

Рокат впился пальцами в мои бёдра и потянул меня на себя. Моё тело двигалось навстречу ему. С моих губ вырвался прерывистый вдох.

— Только я твоя Судьба, — прорычал Рокат, повторяя движение.

Он был так глубоко внутри меня, таким большим, что каждый нерв в моём теле ожил от ощущения его близости.

— Никто не имеет над тобой такой власти, как я.

— Нет, — простонала я в ответ, качая бёдрами и задавая ритм, который вновь понёс меня к этому сладкому краю. — Так же, как никто не имеет власти над тобой, кроме меня.

Тёмный смешок прокатился по его груди.

— Это не одно и то же.

— Посмотрим, — тяжело дыша, ответила я, дрожа и продолжая гнаться за своей разрядкой.

Рокат направлял меня вверх и вниз по своей длине. Из его груди вырвался первобытный стон, когда я начала двигаться сильнее и быстрее. Пот покрывал мой позвоночник, но мне было всё равно. Мощная пульсация прокатилась внутри меня, и моё тело сжалось в ответ. Я была так, так близко…

Рокат сильнее сжал мою талию, останавливая мои движения. Мой рот тут же открылся, готовый возразить ему, но беспощадное выражение его лица заставило меня замолчать.

— Скажи эти три слова, и я позволю тебе кончить.

Я попыталась ухватиться за то, в чём так отчаянно нуждалась. Это лишь заставило Роката удерживать меня ещё крепче.

— Я люблю тебя, Рокат, — простонала я.

Он был прав, моё тело действительно оказалось жадным до удовольствия.

— Хорошая девочка.

Он стал ещё твёрже внутри меня. В горле застрял судорожный вдох, когда он изменил положение моих бёдер и снова повёл меня по себе.

— Ох, блядь, Рокат…

— Вот так, маленькая самозванка, кончи для меня. Снова выкрикни моё имя. Моё настоящее имя, — прорычал он, сохраняя именно тот ритм, который был мне нужен, пока я срывалась за край.

— Рокат! — снова выкрикнула я, ничуть не сдерживая ни громкость, ни силу своего голоса.

Мой крик звенел в ушах, пока экстаз разбивал меня на части, словно я действительно рухнула на землю после прыжка со скалы. Он лишил меня всех мыслей, всех ощущений, кроме бесконечных волн наслаждения.

— Я люблю тебя, Ассирия, — хрипло произнёс он мне в шею, прижимаясь зубами к месту, где бился мой пульс, словно врезая эти слова в мою кожу. Он двигался навстречу мне снизу, и звук соприкасающихся тел сопровождал его тяжёлые рычащие выдохи. — Когда Ткачиха захотела создать совершенство, она соткала тебя.

Голова кружилась, и я рухнула в его объятия, цепляясь за него так, будто он был самой моей жизнью. Потому что так и было.

— Я люблю тебя, Рокат. Твою силу, твою защиту, твою преданность. Всё это.

Из его груди вырвался низкий стон, и он ещё крепче прижал меня к себе.

— Ещё, — прозвучал его голос в моём сознании.

— Мы созданы друг для друга. Наш огонь. Наша страсть. Наша боль, — тяжело дыша, произнесла я.

Мои бёдра дрожали от того положения, в котором он меня удерживал. Новая волна наслаждения поднималась быстро и неумолимо.

— Кончи со мной, — приказал он.