Напротив него Рокат поёрзал на месте. Внимание было не тем, с чем он хорошо справлялся. Куда больше ему нравилось держать свою жизнь и свои достижения в тайне. Оказаться выставленным на всеобщее обозрение было последним, чего он желал. Каждое действие разбирали бы по косточкам ничего не понимающие, выхоленные дворяне, которым нечем было заняться. Каждое решение ставили бы под сомнение те, кто не обладал знаниями, чтобы судить о происходящем. Каждый взгляд был бы устремлён на него — оценивающий, выискивающий слабости и недостатки.

Нет, он предпочёл бы оставаться в тени.

Новая улыбка растянула губы Ксаннирина в порочной усмешке.

— Я рассказывал вам о своей последней встрече?

— Ты снова ходил за грань? — проворчал Рокат, потянувшись к полупустой бутылке пряного алкоголя и наливая себе ещё стакан. Раздражение кольнуло его при воспоминании о том, сколько дней понадобилось его кузену, чтобы вернуться в их мир после прошлого путешествия. Он заставил Ксаннирина пообещать больше не использовать свой дар Говорящего, не предупредив его заранее.

Очевидно, он нарушил просьбу Роката.

— Да, — медленно ответил тот, следя за реакцией Роката. По напряжённой линии его челюсти Ксаннирин понял, что тот зол. Но ему было всё равно. Его кузен со временем забудет это нарушение. Особенно после того, что ему удалось узнать.

— И теперь я точно знаю, как мы отбросим Ангелов назад.

Как Ксаннирин и ожидал, это слегка остудило тлеющие угли его ярости.

— Как? — безо всякого выражения спросил Рокат, но неподвижность его позы выдавала, что он заинтересован.

Ксаннирин рассказал о своей встрече с великим королём из другого мира, покорившим огромные территории. Рокат и Киира слушали с жадным вниманием, время от времени задавая вопросы. Когда он закончил, Киира обмякла в кресле, а Рокат провёл рукой по щетине на челюсти.

— Значит, мы объявим Ангелам войну? — уточнил Рокат, слегка склонив голову набок.

— Не совсем. Мы ещё не готовы. Да, Корон Стадиэль не остановится, пока не уничтожит всех Демонов, но пока его можно сдерживать. Сначала нам нужно заручиться поддержкой знати. В сельских областях у них куда больше влияния, чем у нас, и они помогут нам сформировать общество так, чтобы оно служило нашей конечной цели. Затем мы начнём укреплять оборону, — объяснил Ксаннирин, забирая бутылку скейла у Роката и плеснув себе в чашу.

— И что это? — спросила Киира, отпив из бокала с вином.

Ксаннирин сцепил пальцы за головой и откинулся назад.

— Что может лучше защитить расу Демонов, чем завоевание Келети для самих себя?

Этот вопрос повис в воздухе, словно дым — удушающий, неотвратимый и уже затмевающий их будущее.

— Чтобы это произошло, нам нужно больше людей, — прорычал Рокат. Их отцы позволили армии сильно сократиться за годы своего правления, предпочитая тратить деньги на собственные удовольствия, пока народ страдал. Бедность расцвела. Люди становились всё беспокойнее. И ничто из этого не служило амбициям Ксаннирина.

— И здесь в дело вступает Киира.

Ксаннирин снова перевёл взгляд на кузину. Его сердце болезненно сжалось, когда отблески углей подсветили трещину на её губе. Как и Рокат, он хотел уберечь её от дальнейшей боли.

— Как Верховная жрица, она будет плести истории о Судьбах. Она возглавит духовную жизнь Мира Демонов. Сможет поощрять больше браков и больше союзов, чтобы рождалось больше детей. К тому времени, как мы будем готовы начать полномасштабную войну, у тебя будет достаточно людей, чтобы вести всю армию, Рокат. А у нас будут могущественные дворяне, способные поддерживать порядок на завоёванных территориях.

Хотя Рокат пока ещё не возглавлял их войска, он изучал военную стратегию с первого дня в академии, ещё будучи ребёнком. У него всегда был талант к этому, идеально дополнявший хитрость и умение манипулировать, присущие его кузену. Рокат приподнял бровь, сморщив вытатуированный змеиный клык, тянувшийся к его виску.

— Ты хочешь поставить во главе меня?

— А кого ещё? — сказал Ксаннирин. Ножки его стула ударились о пол. — Да брось, мы шептались об этом десятилетиями. Как только ты убьёшь наших отцов, вся власть окажется у нас. Так давайте сделаем это. Начнём с общества. Киира, что скажешь?

Киира медленно выдохнула, накручивая на палец кончик своих длинных прямых волос.

— И что именно ты задумал?

Ксаннирин сжал её свободную руку в своей.

— Демоны должны поклоняться Судьбам с той же яростью, с какой Ангелы поклоняются Богине. Они должны почитать нас настолько, чтобы доверять каждому нашему слову, несмотря ни на что. А взамен мы дадим им лучшую жизнь. Больше еды. Больше денег.

— Ты хочешь поклонения, а не преданности. Это не вера, не та, какой мы знаем её сейчас. Это подчинение, — заметила Киира, отстраняясь и опускаясь обратно в кресло.

— Нам нужно их подчинение, чтобы провести необходимые изменения и защитить нас — защитить их, — возразил Ксаннирин. — Скажи ей, Рокат.

Их кузен-воин, всё ещё покрытый кровью, кивнул.

— Он прав. В армии слишком большое количество вопросов замедляет действия, а это часто приводит к тяжёлым последствиям. Безоговорочное подчинение может стать разницей между жизнью и смертью.

Ксаннирин лишь сильнее оживился, продолжая отстаивать свои доводы, подпитываемый поддержкой Роката.