Резкий аромат специй перебивал металлический привкус крови, пока трое кузенов сидели в тяжёлом молчании. Котелок с супом тихо кипел, так похожий на напряжение, медленно нарастающее на их континенте. Все они ещё приходили в себя после недавних событий, ожидая ужина. По меркам жизни Демона это был лишь миг. И всё же изменилось слишком многое, и изменения должны были продолжиться, чтобы спасти их расу.

Ангелы участили свои атаки после того, как Корон Стадиэль вырезал своих соперников, чтобы занять ангельский трон. Крал и два его брата стояли в стороне, пока вспыхивало всё больше и больше стычек. Его племянник с татуированной головой лучше кого бы то ни было знал, насколько кровожадны Ангелы. Последняя атака и заставила его созвать остальных в своём роскошном доме в Ужгороде.

Когда он опустил взгляд на свои руки, с них осыпались кусочки засохшего рубинового цвета. Он ещё не смыл с себя кровь, желая, чтобы эти двое увидели весь масштаб того, через что ему пришлось пройти. Оба наблюдали за его пропитанной кровью фигурой, пока он тянулся за стаканом скейла — крепкого пряного алкоголя, который он любил и которым редко позволял себе злоупотреблять, — и осушил его до дна.

— Время пришло, Ксаннирин. Нам нужно, чтобы ты занял трон, — прошипел он, закончив.

Ксаннирин не оторвал взгляда от кипящего супа, лишь продолжал сидеть с оцепенелой отрешённостью. Несколько прядей его длинных волос выбились из повязки, и он даже не попытался убрать их с лица. Он знал, что этот день наступит — в конце концов, они планировали это с того рокового дня, когда их отцы заставили Роката убить их друга.

То, что этот день наконец настал, всё равно потрясло его.

Их кузина поёрзала на месте, поправляя складки платья. Как и всё, что она носила, оно было женственным, кокетливым и подчёркивало её загорелую кожу. Она впилась жёстким взглядом в мрачного, окровавленного воина.

— Ты заставишь их страдать, Рокат?

— Да, Киира. Они этого заслуживают, — прогрохотал Рокат. Всего неделю назад её отец избил Кииру почти до смерти. Синяки на её рёбрах, руках и лице всё ещё были густо-фиолетовыми. Скользнув взглядом по этим отметинам, он снова стиснул зубы. Поступок его дяди лишь ещё сильнее укрепил его намерение вырезать трёх старших членов Дома Врак.

Рокат по своей природе был защитником, и любой, кто причинял боль тем, кто был ему по-настоящему дорог, сталкивался с его печально известной яростью. Даже сейчас вся знать прекрасно знала, насколько жестоким он может быть, если задеть его не с той стороны.

И всё же это было куда лучше вспышек гнева их отцов.

Ксаннирин наконец оторвал взгляд от поднимающегося пара.

— Нам нужно обсудить изменения, которые мы хотим ввести после моего восшествия. Лучше решить всё сейчас, до коронации, а не после того, как люди привыкнут к новому режиму.

Затем он серьёзно посмотрел на Кииру.

— Я хочу возвести тебя в Верховные жрицы.

Их кузина перевела взгляд с одного на другого, её брови сошлись, пока она обдумывала это предложение. Её мать — простолюдинка — не была женой её отца. Несмотря на свой постыдный статус, Киира выросла под его слишком пристальным надзором, окружённая богатством и обладая долей влияния. Возвести её в Верховные жрицы было огромным скачком.

— Но я бастард, — возразила она, будто ещё могла переубедить Ксаннирина, хотя по его тону было ясно, что он уже всё решил. — Я не могу принять этот титул.

— Мы похороним твоё происхождение так же, как сотрём имя Роката из народной памяти, — сказал Ксаннирин, выпрямляясь и расправляя плечи.

— Не думаю, что это возможно, — нахмурившись, ответила она. — К тому же я недостойна.

— А я считаю, что достойна. И Кралом буду я.

На его губах появилась хитрая усмешка.

— Мы трое станем тремя Судьбами, ступающими по земле.

Киира провела зубами по нижней губе.

— Крал, Халалхиво, Верховная жрица. Говорящий, Призывающий, Провидица.

Будучи Провидицей, Судьбы даровали ей прямой доступ к своим плетениям, в отличие от ангельских провидцев, которые через свою Богиню лишь мельком видели возможное. Она была единственным Демоном в известной истории, получившим такой дар, столь же уникальный, как и способности её кузенов. Силы их отцов были лишь повторением способностей прежних членов Дома Врак.

— Именно, — ответил Ксаннирин, наклоняясь вперёд. Возбуждение искрилось вокруг него, словно удар молота о раскалённый металл. — Наша сила, наша история должны стать такими же священными и внушающими страх, как сама легенда о Судьбах. Ты — ключ к тому, чтобы люди поверили в нас так же, как верят в Ткачиху, Дарующего и Жнеца.