Я впился пальцами в её бёдра, причиняя лёгкую боль, чтобы усилить её наслаждение. Она отклонилась назад, удерживаемая нитями чёрных теней, и ещё сильнее изменила угол. Моя ладонь легла ей на живот и надавила, подбирая идеальное положение, чтобы окончательно её распутать.

— Чёрт, то, как ощущается твоя борода между моих бёдер, — простонала она, двигая бёдрами всё быстрее.

Я лизал её, посасывал, трахал языком так, словно её разрядка могла спасти мне жизнь.

«Кончи для меня так, будто ты была создана для этого. Кричи моё имя так, словно забыла все остальные слова. Пусть все миры узнают, кому ты принадлежишь.»

Резкий вдох сорвался с её губ. Её ресницы затрепетали по щекам.

А затем она взорвалась.

Словно щёлкнувший кнут, её позвоночник выгнулся и снова выпрямился. Её сердцевина сжалась вокруг моего языка, а затем её разрядка наполнила мой рот. Я застонал, поглощая её, как мужчина, умирающий от жажды.

Я не остановился, даже когда она закричала, даже когда начала умолять меня прекратить. Я хотел всё до последней капли. Лишь насытившись, я отпустил свою магию и сместил её со своего лица. Не теряя времени, я притянул её к себе на колени. Она оседлала меня, полностью обнажённая, тогда как я всё ещё был полностью одет.

Я завладел её ртом в страстном поцелуе, позволяя ей ощутить собственный вкус на моём языке.

«Мне нужно снять это», — сказала она мысленно, сжимая мою тунику.

«Тогда снимай», — ответил я.

Она не стала медлить, расстегнула пуговицы и стянула тунику с моих плеч. Солнечное тепло сразу коснулось моей кожи, но оно было ничем по сравнению с жаром, исходившим от моей истинной пары.

Я прервал поцелуй лишь затем, чтобы сбросить сапоги и снять штаны. Ассирия облизнула губы, увидев, насколько, блядь, сильно я был возбуждён из-за неё. Капля выступила на головке моего члена и упала на плед, когда я снова устроился на месте.

А затем она вновь оказалась у меня на коленях, а я направлял себя к её входу.

Она опустила взгляд, наблюдая вместе со мной, как наши тела становятся единым целым.

Одним целым, как наши души.

Одним целым, как наши жизни.

Одним целым, как наша связь.

Мы одновременно издали стон.

— Ты такая чертовски тесная. Создана для меня, — с трудом выдавил я.

— Ты такой большой, — всхлипнула она, когда я вошёл глубже.

Я обхватил её за талию, удерживая именно там, где хотел.

— Ты так чертовски сильно заводишь меня, когда бросаешь мне вызов.

Я толкнулся вверх, входя до конца, прежде чем снова отстраниться.

Губы Ассирии приоткрылись, образуя восхитительную букву «О». Я ввёл пальцы ей в рот и надавил на нижние зубы, удерживая его открытым.

— Я ненавижу это и люблю это. Я хочу, чтобы ты подчинялась, и хочу, чтобы ты сопротивлялась. Ты сводишь меня с ума.

Она попыталась закрыть рот, но я надавил сильнее. Затем снова толкнулся вверх, и наши тела шлёпнулись друг о друга.

— Вот так.

В её глазах вспыхнул огонь, а затем она впилась ногтями в мою грудь и провела ими вниз. Внутри неё я стал ещё твёрже.

«Хочешь, чтобы я сопротивлялась? Тогда дай мне честный шанс», — послала она мне мысль.

Из моей груди вырвалось низкое тёмное рычание, похожее на отдалённый раскат грома.

— Договорились.

Я отпустил её рот одновременно с тем, как резко опустил её на свой член. Из её горла вырвался короткий крик, когда я достиг самой глубокой точки внутри неё. Затем она толкнула меня в плечи.

Мои руки напряглись, удерживая её на месте. Влага стекала по моим яйцам и покрывала пах. Она прикусила нижнюю губу, пока я прижимал её грудь к своей груди и проводил носом вдоль её шеи.

— Так ты собираешься бороться со мной или нет?

С её губ сорвался тихий всхлип, и на мгновение мне показалось, что она сдалась.

Пока нас не поглотила обсидиановая пустота, и в следующий миг я уже лежал на спине на пледе, а Ассирия возвышалась надо мной.

— Ты даже не представляешь, что только что начала, — прорычал я, когда она использовала свою магию, чтобы удержать меня.

— Полагаю, тебе стоит показать мне, — поддразнила она.

Её расплавленные зрачки пленяли меня так, как ничто другое не могло. То, что ей это нравилось, что она этого хотела? Это лишь ещё раз подтверждало, что наша связь была благословением.

Чёрное как смоль желание бушевало между нами, пока я посылал ей один образ за другим того, что собирался сделать с ней, когда одержу верх. Её ноги заметно сжались.

— Но ты не сможешь сделать ничего из этого, если не сумеешь вырваться из моей магии, — промурлыкала она, и на её лице расплылась лукавая улыбка.

— Ох, маленькая самозванка, ты правда даже не представляешь, — ответил я.

Прошло одно мгновение, и дымчатые нити моей силы вспыхнули на коже, вступая в борьбу с её магией. Её глаза расширились, когда я разбил удерживающие меня оковы так легко, словно они были сделаны из стекла, и поднялся на ноги. Мы стояли друг напротив друга, а вокруг нас кружилась чёрная магия, ещё более неистовая, чем наше желание.