Я почувствовала, как зажигаюсь изнутри, когда его Флюкс поглотил меня. Всё было точно так же, как в дата-центре, но на этот раз были только я и он.

Моя голова запрокинулась, когда позвоночник яростно выгнулся, и была боль — так много боли, — но я не боролась с ней. Вместо этого я упивалась ею, настраивая свою силу на его, так, чтобы наши частоты совпадали, а не конфликтовали. Моя и его силы поднимались вместе, переплетаясь, танцуя на моей коже, и их резкие ласки были пронизаны экстазом.

— Вот так. Ты так хорошо для меня стараешься. Нет, не сопротивляйся. Глаза на меня, куколка.

Почти с геркулесовым усилием я снова подняла голову, чтобы видеть его. Электричество змеилось вокруг его темных радужек, пока его голодный взгляд сверлил меня. Татуировка, проходившая под его глазом и по скуле, светилась добела от энергии.

У меня были подозрения, но теперь мне нужно было знать наверняка. Я полностью перестала сопротивляться и позволила току течь сквозь меня — чистой, ничем не ограниченной силе. Его зрачки расширились, но он не остановился, словно не мог. Я оседлала этот поток, направляя его сквозь свое тело обратно в его, и то, что я там увидела, было ужасающим.

У него не было чипа Флюкса; вместо этого его сила концентрировалась в массивных хромированных имплантах, вживленных прямо в скелет, и его кровеносная система была вынуждена фильтроваться через них. Даже просто в потоке его силы я чувствовала боль — вечную, пронизывающую всё боль, исходящую от них. Вся она концентрировалась в его правом плече, где что-то было не так. Поток был нестабильным, его Флюкс сбоил при каждом малейшем движении.

Его рука отдернулась от моего подбородка, и поток иссяк.

— Неплохо.

Мы оба тяжело дышали, и что-то в моей груди защемило — но это не имело ничего общего с его Флюксом.

Я никогда раньше не видела импланты для контроля Флюкса первого поколения. Импланты, которые буквально фильтровали кровь зараженного, снижая гормональную нагрузку до безопасного уровня. Технология, собранная на коленке из того, что, по слухам, было сверхсекретным военным оборудованием для солдат. Она была массивной, болезненной и малоэффективной. Процент отторжения всё еще превышал шестьдесят. К счастью, это продлилось недолго. Несколько лет спустя стандартом стал чип Флюкса.

Каждая из его «татуировок» на самом деле была имплантом, который светился и контролировал Флюкс под его мышцами и кожей. Сай был моего возраста. Чип уже стал стандартной практикой, когда он проходил через половое созревание. Почему у него стояли эти штуки?

Я тряхнула головой. Это, блядь, не имело значения. Он заслужил боль, в которой жил. Он заслуживал куда худшего.

Его рука всё еще искрила, и он рассеянно встряхнул ею. Затем он провел пальцами в перчатке по своим диким синим волосам, отбрасывая их со лба. Его грудь поднялась от глубокого вдоха, и я услышала, как он пробормотал:

— Блядь, сбился с курса.

Он снова повернулся ко мне.

— Какова была цель атаки?

Я вздохнула. Неужели он думал, что этот маленький спектакль как-то связал нас? Думал ли он, что ощущение того, как наши силы так естественно и с такой мощью сливаются воедино, как-то на меня повлияло?

Ничего подобного.

Ничуть.

— Мы снова возвращаемся к этому? Слушай, я правда не знаю. Ты же знаешь, что я не лгала, когда сказала, что мое участие ограничивалось лишь отвлечением тебя и Мэддокса. С какой стати им рассказывать мне больше?

— Ты была там, в штабе. Зачем им заставлять такого гения, как ты, заниматься проституцией вместо того, чтобы выполнять тяжелую работу?

— Просто делаю то, что у меня получается лучше всего.

— Мне казалось, мы договорились обойтись без лжи.

На это я ничего не ответила.

— Это была ты, да? Это ты украла технологию щита. Ты работала на Танаку и сделала это, когда была в дата-центре?

У него не было никаких доказательств, но они ему и не требовались. Признаюсь я в этом или нет, он знал правду. ПОМ назначила огромную награду за всех причастных к утечке. На меня у них уже был сговор, может, и что-то похуже. Но теперь, так или иначе, я была трупом.

Сай смотрел на меня нечитаемым взглядом. Затем он выдохнул через нос и пробормотал:

— Ебучий кошмар.

— Что ж, похоже, у тебя есть два варианта: либо ты работаешь со мной над этим делом, либо я тащу тебя в Девятый Подвал, и ты мило беседуешь с кем-то куда менее приятным, чем я, о твоей маленькой миссии по извлечению данных.

Я почувствовала, как кровь отхлынула от лица. Девятого Подвала не существовало. Это была страшилка, которую знали все киберраннеры — место, откуда никто никогда не возвращался. Это был миф.

Его глаза были серьезными. Я мотнула головой, чтобы прогнать поселившийся там ужас.

— С кем-то хуже тебя? Даже представить себе такого не могу.

На этот раз он не стал со мной перешучиваться; его руки были скрещены, а глаза смертельно серьезны.

— Так мы договорились или нет?