Его взгляд метался по рядам бутылок за моей спиной, по фрескам на стенах, по потолку, по столам и стульям в зале. Но у меня было ощущение, что он ничего толком не видит. Как будто сканирует, но ни на чем не фокусируется. Кроме тех моментов, когда он поворачивался и смотрел в окно. Это, казалось, заставляло его сконцентрироваться. Он выпил еще.

- С тех пор заведение сменило владельцев, наверное, дюжину раз, черт возьми, да и название тоже. Это было задолго до того, как я встретил твою мать.

Пацан смотрел на него, а он по-прежнему не смотрел на своего ребенка. Или на меня, если уж на то пошло. Он продолжал сканировать. Как будто он ожидал, что что-то выпрыгнет из глиняных амфор или цветочных композиций. И он снова повернулся к окну и улице.

- Это не совсем так, сэр, - сказал я. - Вы, должно быть, спутали его с другим местом. Изменения происходили на Авеню, но не здесь. Ресторану "Санторини" уже около десяти лет, а до этого здесь был мексиканский ресторан "Сомбреро". Так что, если вы не намного старше, чем выглядите...

- Неужели?

- Точно.

- Черт. Я мог бы поклясться...

Он старался держаться так же невозмутимо и непринужденно, как и одежда на нем, но я все равно чувствовал, как он внезапно вспыхивает и горит. Ему не понравилось, что я поправляю его в присутствии сына. Кусок говна, - подумал я. - Да пошел ты! Скоропалительные суждения - часть моей профессии, и он мне не понравился сразу же, как только вошел. Он попытался исправить положение.

- Я раньше жил здесь неподалеку. Давно. В начале семидесятых.

- Правда? Где именно?

- На семьдесят первой, недалеко от парка.

- Там неплохо. И сейчас довольно дорого. А где вы сейчас живете?

- В Рае.

Вестчестер, - подумал я. - Угадал.

Он снова повернулся к улице. Я заметил, что его сын смотрит на меня, и подумал: Господи, если этот парень выглядит отстраненным, то его сын выглядит абсолютно потерянным. У него были большие карие глаза, яркие и ясные, как у лани, и эти глаза, казалось, хотели вступить со мной в контакт. На секунду я позволил им это сделать.

Возможно, но мне показалось, что он смотрел на меня так, словно я был каким-то безумным спасительным средством. Это был не тот взгляд, к которому я привык. Не после двух разводов и пятнадцати лет работы барменом.

- Мне еще бокал, - сказал парень.

Я налил ему и смотрел, как он пьет.

- Мы уже не так часто бываем в этом районе, - сказал он. - Почти совсем не бываем. Его мать ходит за покупками через дорогу.

Его мать, - подумал я. - Не моя жена, а его мать. Это было интересно.

Я понял, что теперь у меня есть полная картина. Передо мной был типичный алкаш, который украдкой быстро выпивал пару бокалов, пока жена не видела. Притащил сынишку в бар, пока она, вероятно, тратит его с трудом заработанные деньги, которые он в свою очередь получал, управляя чужими с трудом заработанными деньгами, чтобы он мог позволить себе дом в Рае, туфли "Rockport" и одежду от "Ralph Lauren" и "".

Мне стало интересно, где именно она их тратит. Я предположил, что товары в магазинах "Betsy Johnson", "Intermix" и "Lucky Brand" предназначены больше для молодежи, а не для женщины, на которой он мог быть женат, и я сомневался, что она будет покупать посуду, мыло или ароматические свечи в "Details". Оставались либо "L'Occitane", если она увлекалась парфюмерией, либо ювелирный магазин "Hummel Jewelers".

Я поставил на ювелирный магазин.

Другая моя ставка была на то, что в их идиллических отношениях назревали большие неприятности.

И я размышлял об этом, когда услышал хлопки, доносившиеся с улицы.

Мальчишка тоже их услышал.

- Что это? - спросил он и повернулся к окнам.

Парень пожал плечами и допил вино.

- Вероятно, хлопки в карбюраторе. Я выпью еще, спасибо. Он поставил бокал на стойку.

Только это были не хлопки в карбюраторе. Я это сразу понял.

Когда мы с моей первой женой Хелен жили в Нью-Джерси, мы время от времени, слегка поддав после полудня, брали ее маленький "Кольт Pony" и мою полуавтоматическую винтовку "Browning 22", шли в поле за нашим домом и стреляли по банкам и бутылкам. Кольт издавал почти такой же звук.

В обычной ситуации я бы уже был на улице.

Вместо этого я налил ему вина.

На этот раз парень пил медленно. Казалось, он вдруг стал спокойнее. Я пересмотрел свое мнение, что он еще один алкаш. Его взгляд перестал метаться по стенам и остановился на стойке перед ним.

- Папа? - сказал пацан.

- А?

- Может, пойдем, посмотрим, как там мама?

- Она ходит по магазинам. У нее все хорошо. Она обожает ходить по магазинам.

- Да, но...

И теперь глаза ребенка метались во все стороны.

- Мы же не хотим торопить ее, правда? Я допью вино и тогда мы пойдем и посмотрим, чем она там занимается.

Взгляд паренька был снова направлен на меня. Этот взгляд, казалось, говорил: Сделай что-нибудь, скажи что-нибудь, - и я на мгновение задумался.

Телефон на стене решил за меня.