Бесчисленные, наслаивающиеся друг на друга сферы — точная калька с моего образа для медитации. А ведь его я позаимствовал из фантастических книжек про богов прямиком с Земли… Это мое подсознание, попав под внешний гнет, выудило самую подходящую ассоциацию? Или же, наоборот, мой выбор образа виртуозно перекроил то, как именно выглядит проекция серой мглы в реальности?

Гротескные прозрачные черви… Очень уж они смахивают на ту извивающуюся мерзость, что восседала на исполинском троне главного пика Хорнакис, пускай и с легкими отличиями. Стало быть, это атрибут «Шута» — нулевой ступени Пути «Провидца»? А вот тех, мутноватых, я толком и не разглядел, судить не берусь…

А этот иссиня-черный, грязный налет на вратах… Он неумолимо отсылает к тем самым недосягаемым пучинам таинственного пространства, куда мне пока заказан ход… Помнится, когда я взобрался на самую вершину той световой лестницы, в клубящихся над головой облаках тоже проглядывала точно такая же мерзкая, чернильно-синяя тень…'

Промучившись с этими головоломками добрых полчаса и так не нащупав железобетонных ответов, Клейн благоразумно задвинул их в самый дальний угол сознания. Оставалось лишь ждать, когда в его руки приплывет свежая порция агентурных сводок и зацепок.

Педантично зачистив комнату от малейших оккультных следов, юноша отчеканил четыре шага против часовой стрелки и воспарил в чертоги над серой мглой. Там он намеревался провести тотальный, дотошный аудит собственного состояния, а заодно прощупать, сохранились ли в теле марионетки Энзо те самые пассивные таланты «удачи» и «бедствий».

…………

Байам, квартал трущоб. В недрах тесной, обшарпанной комнаты.

«Адмирал Звезд» Катлея, восседая за скрипучим столом и устремив взор на входную дверь, уловила выверенный, ритмичный стук.

— Входи, — произнесла девушка, совершенно не утруждая себя попытками замаскировать голос.

С протяжным скрипом створка отворилась, пропуская внутрь наглухо закутанного в черный плащ с низко надвинутым капюшоном «Повешенного».

Окинув взглядом этот излишне театральный маскарад, Катлея привычным жестом поправила массивные очки на переносице и с легкой усмешкой бросила:

— Сунься ты на улицу в таком виде, и не пройдет и пяти минут, как тебя возьмут в кольцо цепные псы из Церкви Повелителя Бурь.

Сама пиратка сидела с открытым лицом. Она кристально ясно понимала: слух о том, что Герман Воробей ступил на борт её «Будущего», уже давно разлетелся по всем океанским просторам. Для прожженного «Повешенного» не составит ни малейшего труда сложить два и два, безошибочно вычислив в леди «Отшельнике» саму «Адмирала Звезд».

Элджер благоразумно пропустил шпильку мимо ушей. Наглухо затворив за собой дверь и с лязгом отодвинув стул, он, ничуть не уступая в язвительности, парировал:

— Выйди ты на улицу с открытым лицом — финал будет тем же.

Подтекст читался без труда: будучи второй по значимости фигурой в семерке пиратских адмиралов, уступая лишь «Адмиралу Ада», да еще и угодив в списки главных подельников Германа Воробья, Катлея нынче была дичью номер один для Церквей Бурь, Ночи и прочих лож. Её казенный ценник уже взлетел до баснословных 45 000 фунтов. Сунься она в любой порт без маскировки — и стоит какой-нибудь дворняге ее опознать, как на нее мигом обрушится лавина смертоносных проблем.

Катлея едва уловимо, соглашаясь, кивнула. Переведя тяжелый взгляд на скрытое во мраке капюшона лицо «Повешенного», она произнесла:

— Передо мной ломать комедию с маскарадом — затея абсолютно пустая.

— Впрочем, я уважаю твое право на паранойю.

С этими словами она так и не сняла свои громоздкие очки.

«А хватки и самоуверенности ей не занимать. Воистину, достойна титула „Адмирала Звезд“…» — мысленно констатировал Элджер, чье лицо под глубоким капюшоном скрывала еще и маска. Не став больше мусолить тему конспирации, он перешел прямо к делу:

— Благодарю за готовность подсобить.

«Адмирал Звезд» Катлея, небрежно опершись правой рукой о левый локоть, произнесла:

— Меня терзает праздное любопытство. С вашей нынешней боевой мощью и солидным багажом ресурсов вы бы и сами играючи распутали проблему с тем «Ремесленником». К чему было привлекать меня?

Моряк, загодя предвидевший этот вопрос, ответил предельно лаконично:

— Мне совершенно не улыбается перспектива стать главной темой для сплетен.

Катлея, судя по всему, безошибочно уловила скрытый подтекст. Погрузившись в раздумья на пару секунд, она проронила:

— Мне требуются исчерпывающие разведданные.

Элджер едва заметно кивнул:

— Опираясь на мои личные наблюдения и выкладки, «Ремесленник» угодил в цепкие лапы фанатиков «Первозданной Луны». Причем это выходцы из того самого исконного, первобытного культа Южного континента, а вовсе не дезертиры из Школы Жизни.

Лицо пиратки осталось всё такой же ледяной, непроницаемой маской. Слегка поразмыслив, она спросила:

— С какой стати вы не обратились к господину «Луне»? Уж он-то к подобным делам питает самый жгучий интерес.