— Я никогда не знала, насколько драконы тёплые, но это действительно имеет смысл, не так ли? Ведь внутри вас горит огонь, так почему бы вам самим не быть такими тёплыми?

— Я тоже тёплый, Маленькая Шептунья.

Моя голова резко поворачивается. Напротив меня сидит Рохан, и его тёмные, обжигающие глаза встречаются с моими. Он откидывается на Хедорика, согнув ноги в коленях и положив на них руки.

Почему он здесь? И почему я окружена драконами?

— Хочешь рассказать, почему вчера убежала? — Голос у него тихий, но в нём всё равно слышится властное рычание.

Вчера. Их голоса. Меня продадут.

Я опускаю взгляд и подтягиваю колени к груди, чувствуя себя уязвимой.

Я не хочу возвращаться туда. По крайней мере, здесь у меня есть шанс забрать Эффи, а затем я смогу каким-то образом снять этот ошейник и больше не буду рабыней.

Я смогу вернуться к своему народу, если окажусь достаточно сильной, чтобы пережить то, что ждёт меня впереди.

Но я устала лишь выживать.

Рохан встаёт и приближается ко мне, отчего Эскор рычит в предупреждение, а его хвост сжимается вокруг моей нижней части тела.

— Я позволил ей провести с тобой всю ночь, Эскор. Не испытывай меня сегодня утром.

Эскор в ответ глубоко рычит, и я готова поклясться, что Рохан рычит в ответ не менее глубоко, и Эскор ослабляет кольцо хвоста.

Тот неохотно отходит в сторону, когда Рохан подходит ближе, а предостерегающее рычание Дрогонаха младшему дракону доносится откуда-то со стороны. Рохан приседает передо мной.

— Я Драконосвязанный, и это налагает определённые обязанности, — его тон тих, но твёрд. — Но то же самое касается и лидерства в клане. Я должен учитывать множество факторов, чтобы защитить всех. И то же самое я должен делать для своих драконов.

Я поднимаю на него взгляд; фиолетовое кольцо вокруг его зрачков сегодня утром ярче, чем я когда-либо видела.

— Я должен думать о том, как нам жить: чтобы у нас были еда и вода, припасы, сколько у нас драконов и лошадей… и сколько людей живёт с нами. — Он слегка поворачивает голову. — Скольких ещё мы способны принять?

Он поднимает руку и мягко берёт меня за подбородок. Он смотрит на меня, скользя взглядом к моей шее, затем задерживается на губах и наконец встречается с моими глазами.

— Как я сказал тебе прошлой ночью, ты моя. Я не отпущу тебя, пока смогу.

Он действительно хочет оставить меня при себе?

— А что будет, когда ты перестанешь… держать меня?

Его хватка слегка усиливается.

— Не уверен, что это время когда-нибудь наступит, Маленькая Шептунья, но рядом со мной ты будешь в безопасности.

Я хочу ему верить, но его слова кажутся пустыми. Он знает меня совсем недолго и хочет, чтобы я говорила с драконами ради собственных целей. Дело не во мне как в человеке.

И уж тем более не в том, что я эльфийка.

Его советники были рядом с ним годами, друзья и союзники, которые, как я предполагаю, не раз подвергались невыносимому давлению, и всё же… они выжили.

А я для него просто… никто.

— Другие…

— Они имеют право высказывать свои советы и мнения, но в конечном счёте решение принимаю я.

И за это они будут ненавидеть меня ещё сильнее.

— Я стал лидером клана не только потому, что я Драконосвязанный, Альфа одного из крупнейших драконов, которые когда-либо бродили по Дракозару. Да, у меня есть титул, но титул не сделал меня лидером. Другие придают своим титулам слишком большое значение, думают, что превосходят всех, но здесь всё иначе. Я поступаю иначе.

Я хмурюсь, и он проводит пальцами по моей щеке, поглаживая моё ухо.

— Я боролся за своё место. Проливал кровь и оттачивал топор для любого, кто бросал мне вызов — дракона или человека. И сделаю это снова для тех, кто ещё придёт. Но это место я завоевал. Так же, как завоевал тебя. Ты думаешь, я человек без чести? Что мои слова ничего не значат?

— Я совсем не знаю, что ты за человек, — шепчу я, прикусывая губу.

Я замираю, когда он выпускает мою искусанную губу, наблюдая, как его большой палец медленно скользит по ней взад-вперёд. У меня перехватывает дыхание, когда его глаза становятся ещё темнее, почти густо-фиолетовыми.

— Я мог бы показать тебе многими способами, что я за человек. — Его взгляд вновь встречается с моим. — Ты искушаешь меня так, как никто другой. Так что если когда-нибудь захочешь узнать… действительно узнать, Маленькая Шептунья, убедись, что именно этого ты хочешь, потому что у меня не хватит самообладания остановиться.

Моя грудь тяжело вздымается от его слов. Я понимаю, к чему он клонит. Я… сбита с толку.

Дракории — варварский народ, но этот человек не причинил мне вреда. Даже моё наказание за Серу не было по-настоящему болезненным. И теперь он хочет меня… вот так? Эльфийку?