Похоже, после того как они перестали жить под одной крышей, отношения между ними наладились.

Нова покачала головой.

— Мав. Мы едем кататься на горных велосипедах.

Во мне шевельнулось незнакомое чувство. Понадобилась секунда, чтобы узнать ревность. К собственному, мать его, брату. Следом пришло беспокойство, а за ним — сковывающий страх.

— Ты уверена, что это хорошая идея? — спросил я.

Это было не то, что следовало говорить.

Нова ощетинилась.

— А почему нет?

Я быстро взглянул на Скайлар, но она уже выскользнула через заднюю дверь к Тинк и Пеппер. Те появились на террасе, соскучившись по своей девочке.

— Ты забыла о записке, которую оставили на твоей машине? Об ожерелье?

О крови я умолчал, но мои слова и без того ударили больно.

Лицо Новы побледнело, однако она быстро взяла себя в руки.

— Я никогда этого не забуду. Но это не значит, что я позволю себе жить так, будто все еще в плену. Я выбралась, Кол. Я свободна. Не могу перестать жить только потому, что в мире есть плохие люди.

— Я не говорю, что тебе нельзя жить. Просто, может, не стоит срываться с Мавом навстречу очередной безумной затее. Тебе настолько отчаянно не хватает выброса адреналина?

Серые глаза Новы сверкнули. Не тем жаром, что прошлой ночью, а гневом.

— Ты знаешь, что дело не только в этом.

С этими словами она вылетела за дверь и с грохотом захлопнула ее за собой.

Уэйлон тихо присвистнул.

— Ну, ты облажался по полной.

Я сердито посмотрел на двоюродного деда, хотя на самом деле хотел пнуть самого себя.

Потому что он был абсолютно прав.

35 Нова

— Расскажешь, почему ты прожигаешь взглядом лобовое стекло, будто у тебя внезапно появились лазеры в глазах и ты хочешь испепелить всех на своем пути? — весело спросил Маверик.

Я издала совсем неженственное ворчание.

— А ты расскажешь, что произошло между тобой и Астер?

В его внедорожнике воцарилась тишина.

Я вздохнула.

— Прости. Ударила по больному.

— Да брось, — легко отозвался Мав. — Ледяная королева просто не может справиться с тем, как сильно хочет мое тело. Вот и злится рядом со мной.

Несмотря на шутливый тон, я слышала напряжение в его словах.

Я покосилась на него. Он вел машину по гравийной дороге, вцепившись в руль, словно в спасательный круг. Что бы ни произошло между ними, это оставило на нем след. Нет… на них обоих.

— У твоего брата ген чрезмерной опеки снова отключил мозг, — сказала я, наконец отвечая на вопрос Маверика.

— У которого?

— А ты как думаешь?

Мав вздохнул.

— Кол.

Я закинула ноги в кроссовках на приборную панель.

— Обожаю, что ты угадал с первой попытки.

— У этого брата инстинкт защитника развит особенно сильно. Но, может, тебя утешит, что он проявляется только с теми, кто ему дорог. Брей понадобилось несколько недель, чтобы пробраться сквозь его оборону, а ты ее обошла.

Тихий голос сомнения твердил, что все лишь потому, что именно Кол меня нашел. Другой, более язвительный, уверял: только поэтому я ему и небезразлична.

— Мне нужно по-настоящему жить, — тихо сказала я. — Иначе какой во всем смысл?

Маверик долго молчал. Когда он наконец заговорил, его голос звучал совсем иначе. Серьезнее, чем когда-либо прежде.

— Иногда приходится раздвигать границы, чтобы точно знать: ты все еще дышишь.

Я снова посмотрела на него. Он не сводил глаз с дороги и леса впереди, а затем свернул на парковку. И тут я вспомнила, что рассказал мне Кол. Именно Мава их отец едва не убил.

Наверное, это совсем по-другому выворачивает сознание, когда твои кошмары создал собственный отец. По крайней мере, мое чудовище было незнакомцем.

Мав припарковался. На стоянке находилось еще четыре машины, но долгая дорога сюда подсказывала: это место гораздо менее людное, чем первое, куда я ездила.

— Так, — начал Мав, снимая наши велосипеды с крепления. — Самая сложная часть маршрута — начало. Я поеду первым, а ты посмотришь, как я прохожу спуски и повороты. Но сначала давай вместе разберем маршрут. Он закольцован, однако здесь полно ответвлений, куда лучше не сворачивать.

Я кивнула и пошла за ним к огромной карте на деревянном щите. Он не преувеличивал: вариантов маршрута было множество. Все выглядело как гигантский лабиринт троп.

— По сути, всегда держись центральной тропы, и все будет хорошо, — объяснил Мав, ведя пальцем по маршруту Медоу-Пик. Рядом стоял синий квадрат, обозначавший уровень сложности на ступень выше легкого. — Я все время буду в поле зрения, кроме нескольких крутых поворотов и спусков. Но исчезну ненадолго.

— Поняла.

— Ладно, не хочу уподобляться своему чрезмерно заботливому братцу-остолопу, но давай проверим, все ли у нас есть на случай непредвиденного?

Я скорчила Маву гримасу, но он лишь рассмеялся.

— Сочту это согласием. Вода?