Тем временем, Феликс допечатал, активировал динамик и врезался в её лицо яростным взглядом.

- Ты ночуешь у себя. Край – у меня…

Край – у него?!

Казалось, больше ничто не способно шокировать Лаки. Она ошиблась. Её глаза распахнулись, и она уставилась на этого психа. Он же сейчас несерьезно? Про свой дом?

Его лицо оставалось агрессивно-сосредоточенным.

- Ты шутишь, Феликс, да?..

Он медленно помотал головой.

А потом перевел взгляд на её губы.

Лаки едва ли не всем телом ощутила обрушившийся на неё жар. Похоть. Желание. Потребность в ней. От парня едва ли не волны шли, казалось, даже воздух вокруг них сгустился.

И настырно оседал на воспаленной коже Лаки.

Она не отводила взгляда от альфы, отчаянно стараясь понять, что он будет делать дальше.

Он же не пойдет… до конца? Нет же?

- Феликс, тормози… Ок? Я тебя услышала, я… Черт, да отойди ты!

Она уперлась в него одной рукой, пытаясь дать себе больше пространства. Тут речь шла уже даже не о маневре. Ей не убежать от Феликса. Надо, чтобы он сам её отпустил!

Лаки и ранее с ним чувствовала себя едва ли не букашкой, сейчас – и подавно. У кого была настолько извращенная фантазия, чтобы иммуномодифированным придумать омежек? Они же слабачки перед этими монстрами! Перед этими машинами для убийств.

В них не было ничего человечьего! А что уж касалось силы…

Мужская ладонь опустилась на голое бедро Лаки.

И обожгла…

- Феликс, нет-нет… Ты обещал! Ты говорил, что не тронешь, - быстро затараторила она, пытаясь растянуть долбаное полотенце хоть как-то!

Но оно скомкалось и прикрывало только грудь. А вот всё что ниже…

Лаки боялась туда смотреть. Хорошо, что и он не смотрел!.. А если посмотрит?!

Она не знала, как действуют омежки на альф. Может, и никак! Может, ей достался какой-то… особенный.

- Феликс!..

Он точно её не слышал. Склонился и ткнулся носом ей в шею. Он её нюхал… Водил носом, втягивая в себя её запах. Лаки горела от стыда, от невыносимости происходящего. Надо как-то останавливать это безумие, но как?..

А если представить, что он сорвет с неё полотенце, вздернет за бедра вверх по дверке и…

Феликс приглушенно зарычал, оторвался от её шеи. Его верхняя губа оттопырилась, и Лаки увидела удлиненные клыки.

Мамочки…

Он обжег её взглядом, гипнотизируя и приказывая стоять на месте. Потом взглядом указал себе на руку, в которой держал сотовый.

Сглотнув ком, состоящий не иначе, как из игл кактуса, Лаки медленно кивнула.

Он хотел что-то напечатать. Пусть печатает.

Савровский не сдвинулся ни на сантиметр. Поднял руки и набрал сообщение над её головой.

Лаки же уставилась на его открытую шею. Боже… Там были шрамы. Серьезные. Сбоку, наверное, поэтому она их и не заметила. Или так тщательно смотрела?

- Не бойся меня. Никогда.

Замечательная реплика, что тут скажешь!

- Как мне тебя не бояться, если ты… - Лаки снова сглотнула. Все связные слова разом покинули голову. Она вела себя неправильно. Нельзя дрожать перед зверем! – Если ты спокойно заходишь в мою комнату, врываешься в душевую! Я… Я так не могу, Феликс! Ты реально меня пугаешь!

Она привыкла играть честно, хотя жизнь и не раз ей доказывала, что надо быть смекалистей, изворотливей. Но что есть, то есть.

Феликс задышал более глубоко. Неужели услышал её и пытался успокоиться?

Мир сузился до них двоих.

Из коридора по-прежнему не доносилось ни звука.

Феликс снова склонился и легонько то ли боднул её, то ли ещё что-то.

Что этот псих от неё хотел?!.. Лаки не понимала и сходила с ума.

И он не отстранялся! Не получив от неё нужной реакции, снова принялся печатать:

- Хочу твои губы.

глава 8

ГЛАВА 8

Лаки вернулась в комнату, упала на кровать и некоторое время лежала без движения.

Смотрела в потолок, слушала, как стучит сердце. Стучит, и слава Богу, потому что в душевой ей казалось, что оно остановилось навсегда. Полотенце, кафель, его глаза. Его тело, прижавшееся к ее голой спине. Жар, от которого хотелось то ли закричать, то ли растаять.

Она перевернулась на живот, уткнулась лицом в подушку. Ей надо отсюда уезжать. Сегодня декана нет, значит, завтра. Получить пропуск, собрать рюкзак, сесть на автобус. И не оглядываться.

Она пыталась заниматься. Достала учебники, раскрыла конспекты, водила ручкой по строчкам. Лаки не знала, как повернется завтрашний день, уроки никто не отменял. Голова немного проветрилась, ей удалось сосредоточиться на заданиях.

После обеда она вышла погулять. Переоделась в спортивный костюм и направилась снова на стадион. Ноги сами понесли ее туда, туда, где можно бежать и ни о чем не думать. Где мышцы работают, сердце качает кровь, а мозг отключается.