Я словно в паутине запутываюсь. Ноги раздвинуты, руки – беспомощные отростки. Выбраться хочу, но чем сильнее дёргаюсь, тем сильнее вязну.

Утопаю в огне, который исходит от Бати как от печки. В его одурманивающем аромате дикого леса, мха и специй.

Горячие губы скользят вдоль моей шеи, оставляя огненные следы. Впиваются в плечо, помечая его засосами. Жарко обхватывают ухо, и я улетаю куда-то в другую вселенную, теряя связь с настоящей реальностью.

Хочу отбиваться, кричать, царапаться, но силы куда-то деваются. Становлюсь слишком слабой.

Разум затуманивается от каждого жгучего прикосновения, голова плывет. В ушах звон, по телу – острые импульсы разносятся.

Одной рукой бородач продолжает сжимать мои волосы на затылке, не позволяя вырваться. Другая то талию сминает, то бедро. Скользит по ноге, и даже сквозь джинсы я ощущаю сладкие судороги, пронзающие мои напряжённые мышцы.

Как вообще дошло до того, что я в таком опасном положении очутилась? Нормально же разговаривали! Почти удалось убедить его меня отпустить!

Ещё б немножко дожала, и сам бы меня отвёз на материк. Только чтоб от проблемы избавиться.

И вдруг я в этой стрёмной позе. В какой момент контроль ему уступила?

А нечего было меня так офигительно целовать! Похоже, у меня мозги как поплыли тогда, так и не выплыли. Иначе не объяснить, почему я на Батю запрыгнула, совсем не думая о последствиях.

Ну, или… Задело меня то, как он мной манипулировал. Поцеловал, чтобы я потеряла голову и ключик выронила, а потом так легко отпустил, будто ему вообще это ничего не стоило.

И я решила в ответ его подразнить. Завести и кинуть. А что, ему можно, а мне нет, что ли? Пусть мучается тоже!

Вот только не подумала я, насколько далеко всё зайдёт. У бородача кровь перетечёт вниз и мозги откажут.

В жаркой хватке Бати я как в капкане. Тону в его обжигающем шёпоте, выплыть не получается. Как в омут, с головой погружаюсь в царство его похоти. Он ею и меня заражает.

В его прикосновениях столько жажды, что я теряюсь в хаосе собственных ощущений. Пугающе, ужасающе быстро себя теряю.

Ещё немножко он вот так меня потрогает, и я… блин, сдамся.

Я к Лютому приехала, эй! Стартпёры бородатые мне никогда не нравились, ясно?!

Ногами упираюсь в спину дивана, изо всех силёнок толкаюсь, а он меня обратно рывком припечатывает к бёдрам. Насаживает на свой твёрдый бугор, даже сквозь джинсы чувствую его пугающие очертания.

Плоть ударяется о плоть. И пусть мы оба в одежде, у меня искры по всему телу взрываются. Голову кружит эйфория, как после шампанского, между ног пожар полыхает, разгорается.

Снова отталкиваюсь, и новый удар совсем мозг мне плавит. Оказывается, кровь не только у мужчин может перетечь туда, где мозгов нет.

Я о существовании такого эффекта даже не догадывалась. Мальчики, которые раньше ко мне приставали, не вызывали ничего, кроме глухого раздражения и желания сбежать. Ну, и двинуть им ещё чем-нибудь напоследок.

Но Батя… Блин, Батя – талант. Может, он правильно мне сказал? Сверстники мои просто ничего не умеют?

И ведь он почти ничего ещё не сделал, даже меня не раздел, но… блин, кажется, ещё немного, и я прямо вот так кончу. Слишком хорошо становится мне. Жарко, остро, сладко.

Границы морали стираются. Страх меркнет под влиянием всплеска гормонов. Волнами накатывает удовольствие.

- Давай потрахаемся? – вдруг бормочет Батя, и перспектива вотпрямщас лишиться девственности с уголовником приводит меня в чувство лучше ушата ледяной воды. – Пиздец как ты меня завела этими играми. Ёрзаньем по хую. Чувствуешь, как стоит? Сейчас и проверим, всё ли у меня работает, как нужно. А то ты так волновалась, что я старый. Не попробуешь – не узнаешь, малышка.

И вот скажи он всё это не так похабно, а как-нибудь более романтично, может, я бы из его чувственной паутины уже не выпуталась.

Но мат и пошлости резко спускают меня с небес на землю. Будто я парила в свободном падении и только теперь осознала, что парашют не раскрылся. Что мне, блин, крышка.

- Вот прям так? – замираю под градом его поцелуев, эффект от которых снижается до нулевого значения. – Когда вы сплошь грязный и в чьей-то крови? Фу, и меня обляпали всю.

Бородач застывает и глаза мои находит своими, безумными. Вижу, как выплывает из дурмана в нашу реальность вслед за мной.

- Блядь, - констатирует уже полностью осознанно, - точно.

Ослабляет хватку, и я стекаю на пол, как ощипанная курица, побывавшая в закипающей кастрюле.

Волосы всклокочены, блузка расстёгнута и спущена с одного плеча, на котором точно теперь будут засосы. Кожа пылает сплошным ожогом, щиплет даже там, где Батя меня не щупал и не целовал.

- А ещё вы дверь мне открыть обещали, а потом набросились! – требовательно обвиняю.

Лучшая защита – нападение, ведь так?

- А ты ключик разве нашла? – ухмыляется, демонстрируя мне пустые ладони.