У Бати нет никакого брюшка и вообще ни грамма лишнего жира. Только идеально прочерченные мускулы под гладкой кожей, сплошь изрисованной татуировками.

Мужик прямо-таки молоток, подкаченный во всех стратегических местах. С мощной харизмой и опасной, неизмеримой силой.

Батя натягивает штаны, прыгая на одной ноге. Как будто торопится спрятать от меня свои секретики. Возится, будто молнию заело.

Опомнившись, вскакиваю и возвращаюсь на своё место у кухоньки. Вдруг он не понял, что я делала? Решил, что я просто подглядывала, ага. Лучше уж так.

Он почти сразу выходит. Смотрит на меня, на скрытую в стене дверь и на ошмётки своих штанов.

Лицо я держу кирпичом, но чувствую, как позорно краснею.

Зэк ухмыляется и проверяет свою рванину голой ступнёй. Тычет пальцами. Ключика там, разумеется, уже нет.

Нервно впиваюсь руками в края столешницы, когда Батя ко мне направляется. Ой, что будет.

- Малышка, - протягивает руку ладонью вверх. – Отдай по-хорошему.

Непонимающе хлопаю глазами.

- Я хотела, но не нашла, - бормочу. – Вывалился где-то, наверное, когда вы в собачку превратились.

Ой, кажется зря я волка собачкой назвала.

Вытягиваюсь в струну, потому что Батя резко сокращает между нами дистанцию и придавливает меня к тумбе бедром. Я в ловушке.

- Эй! – вскрикиваю, упираясь ладонями ему в грудь.

Слишком горячую. Всю перепачканную засохшей кровью. Твёрдую такую.

Взгляд упирается в эти его чернильные рисунки и чёрную растительность, украшающую ложбинку между грудными мускулами.

Чувствую ровный пульс под рукой и головокружение. Близость давит не только физически, но и на психику. Дыхание спирает от ужаса.

Запах соли, железа забивается в нос. Ещё что-то дикое, звериное.

Батя пахнет как лес, в котором пикник случайно перерос в хоррор: свежим дубовым мхом, острыми специями и горьковатым дымком.

- Сама отдашь или хочешь, чтобы я поискал? – голос звучит вкрадчиво, а крупные пальцы уже скользят по моим бёдрам и ловко пробираются в задние карманы джинсов.

- Правда, у меня нет! – кусаю губу и на носочки встаю, бесполезно пытаясь сбежать от пугающе тесного контакта.

И в то же время горю. От жара, от стыда, от паники. От засасывающего водоворота мыслей и ощущений.

Пульс стучит в висках набатом. Испарина выступает, дыхание ускоряется.

Батя шмонает меня профессионально. Ощупывает мою задницу и добирается до лобка. Быстро, чётко, уверенно. Как будто у него огромный опыт в обысках невинных девушек.

Нет, он трогает меня не напрямую, а обследует карманы. Но почему-то у меня ощущение, что он задевает чувствительные места не случайно: заодно и реакцию проверяет. Наблюдает, в лицо мне дышит.

Взгляд у него горящий. Стоит мне глаза поднять, столкнуться с его обжигающим взглядом, как меня накрывает паникой, и я свой опускаю.

Ухмылка у него – дьявольская. Угроза так и прёт. Нечеловеческий голод в глазах отражается.

Он трогает меня нагло, прям издевается. Пальцы скользят по поясу джинсов – снаружи и изнутри. Как будто я за это время вшить могла ключик куда-то в ткань!

- Хватит! – толкаю эту махину, бесполезно барахтаясь на его колене, на которое он меня насадил, как на иглу – бабочку.

- Ты знаешь, как это прекратить, - хрипло напоминает, что я могу просто отдать украденное.

Но если отдам, то уже никогда не сбегу. Мне лучше придерживаться легенды, изображать наивную дурочку. Обычно это срабатывает.

Но, блин, не с Батей.

- Здесь точно ключика нет. И здесь нет. Тоже нет, - испуганно бормочу всякий раз, когда его руки направление меняют.

Наше абсурдное противостояние начинает напоминать игру в «холодно-горячо».

- А здесь, мм? – тянет Батя, ни одного сантиметра моего тела не пропуская.

Талию почти в кольцо заключает своими громадными ручищами, в пояснице прогибает. Поглаживает вроде как ткань и вроде без намерения соблазнить, но его действия всё равно напоминают грубоватую ласку.

Вверх ведёт по блузке до самой груди, и я жалею, что свитер сняла. Кромку лифчика обследует тщательно и очерчивает лопатки.

Меня уже потряхивать начинает. Внутри всё трепещет и дрожит, сердце скачет.

Я в шоке! Иначе как объяснить, почему я его не останавливаю?! Только вытягиваюсь в напряжённом ожидании, куда затем направятся его мощные руки? Задыхаюсь. От страха!

Шею со всех сторон проверяет, под воротником изнутри и снаружи. Кончиками горячих пальцев скользит так ласково, что у меня табуны мурашек! Ищет в волосах и за ушами, и вот тут у меня перед глазами всё плыть начинает.

У меня вообще эти места особо чувствительные. Особенно мочки, а он даже их трогает. Ну куда, спрашивается, я ключик могла в них засунуть? В ухо, что ли? Хотя я могла.

Лицо горит от стыда, ноги подкашиваются. Если бы не колено, я бы уже вниз сползла. Меня штормит от слабости.