Она нажала отбой и опустила руку. Через какое-то время Константин обернулся и пригубил бокал.

— Плохие новости?

Она подняла на него глаза.

— Нет, для разнообразия — добрые, — сказала она, но прозвучать радостно у неё не получилось. — Поздравляю, вы официально невиновны.

Константин уставился на неё во все глаза и отставил бокал.

— Это же замечательно! Разумеется, я невиновен, — но как же так? Островский с таким упорством пытался повесить на меня убийство, и вдруг разом сдался?

— Что ж, — вздохнула она, — он нашёл настоящего убийцу.

— И кто же это?

Хотя Островский разрешил высказать своё подозрение в адрес Константина, она сочла разумнее промолчать. Оставался открытым вопрос: зачем Константин и Фрик наняли актрису, чтобы рассорить её с Патриком? Должна же быть причина.

Может, Патрик за три месяца слежки наткнулся на что-то ещё? На что-то, не имеющее к убийствам никакого отношения? Может, я просмотрела что-то важное в его записях?

— И заграничные убийства — тоже его рук дело? — допытывался Константин.

— Да, его.

— И они в самом деле приходились на дни конгрессов?

— Об этом я говорить не вправе, — солгала она.

— Если так, я должен знать преступника. Кто он? И как его вычислили?

— Я не вправе об этом говорить, — повторила она.

Уж конечно, она поостережётся выдавать улики, упомянутые Островским. Вместо этого ей вспомнился разговор с Пуласки.

— Преступник, по всей видимости, неравнодушен к татуировкам, — осторожно проговорила она.

Константин рассмеялся.

— Я тоже, но я не убийца.

— Я знаю.

Она снова напряглась.Спросить ли про книги? Спроси! По крайней мере, наконец будет ясность!

— Когда я искала туалет и случайно заглянула к вам в кабинет, я заметила там несколько специальных изданий на эту тему.

Константин равнодушно повёл плечом.

— Сводить татуировки лазером — одна из моих обязанностей как пластического хирурга.

— Понимаю.

Она с облегчением выдохнула. Ответ прозвучал убедительно, и ей внутренне сделалось смешно: надо же, как звонок Пуласки сбил её с толку.

— А вы не знаете, нет ли у кого-нибудь из ваших коллег фосфорной татуировки?

Константин нахмурился:

— Какой-какой?

— Татуировки, светящейся в темноте.

— Фосфор вреден для здоровья. Кому такое в голову придёт? Это что, и есть убийца?

— Я этого не говорила. Так есть у кого-нибудь из ваших коллег татуировки?

— Понятия не имею. Я всего пару раз играл в сквош с Фриком и Берингером. Ничего подобного не замечал.

Ей снова вспомнились отравление Патрика и авария, актриса Жаклин Лауэрбах и подделанные снимки у отеля. Что-то здесь не сходилось.

И вдруг её осенило!

Господи, Линни, как же ты была слепа!

Все новые книжки тут: Торрент-трекер и форум «NoNaMe Club»

ГЛАВА 47

Йо придвигался всё ближе. Микаэла чувствовала на коже его дыхание. От него пахло мятой, к которой примешивались шампанское и кисловатый запах пота.

Мягкие пальцы скользнули по её лицу. Микаэла лежала на диване, а он сидел на ней верхом, расставив колени, и склонялся всё ниже. Притянув её голову к себе, он потянулся губами к её губам. Она тут же стиснула рот.

Не могла. И это при том, что поклялась себе сделать всё, вытерпеть всё, лишь бы найти дочь. Тем более что этот человек оставался её единственной зацепкой — возможно, именно он видел Дану последним. И всё же ей было невыносимо ощущать на себе его руки.

Йо чуть приподнялся.

— Меня заводит, когда ты ломаешься. — И снова склонился к её лицу.

— Я… — пробормотала она, — я не умею целоваться.

Он внезапно улыбнулся.

— Окей, не обязательно. Может, потом захочется.

Потом? После того как ты дважды отделаешь меня в задницу? Ну конечно!

Она промолчала.

Он медленно потянулся к её блузке и расстегнул верхнюю пуговицу. На мгновение Микаэла прикрыла глаза.Господи, о чём она только думала, когда нажимала на этот звонок?

Расстегнув ещё две пуговицы, он обнажил бюстгальтер. Палец скользнул под чёрную бретельку и провёл по плечу вниз, до самой груди. По телу пробежали мурашки. Он расстегнул следующую пуговицу и принялся мять ей грудь.

— Совсем неплохо для твоего возраста — вот не подумал бы.

Воздух застрял у неё в лёгких. Она вдыхала снова и снова, но не могла выдохнуть. Казалось, грудная клетка вот-вот разорвётся.

— Чёрт побери, да что с тобой? — внезапно рявкнул он. — Лежишь как доска, словно никогда раньше этим не занималась! Тебе что, не нравится?

— Всё нормально, — выдавила она, отчаянно пытаясь выдохнуть. Но воздух продолжал втягиваться внутрь. — Всё нормально, — повторила она и попыталась расстегнуть пуговицу на его рубашке. Пальцы были ледяные и дрожали.

Он отбросил её руку.

— Ещё рано. Сначала я хочу увидеть тебя голой. — И снова принялся тискать её грудь.

Я не могу! Я этого не выдержу!