— У тебя всё в порядке? — встревоженно спросил Островский.

— Да, спасибо. Ты сейчас у себя?

— Да, портье передал мне конверт. Уголовный розыск, Федеральное управление, судмедэксперты и я — все сегодня работаем в ночь. Никто не уйдёт домой, пока не будет первых результатов. Патрик откопал немало любопытного, мы как раз всё проверяем. Телефоны раскалены — обзваниваем заграницу.

Кстати, убийца отметился ещё в Лейпциге, Праге и Пассау. У него на груди татуировка скорпиона — и я с большой долей вероятности сижу с ним в одной комнате, — вот что хотелось крикнуть в трубку, но это означало бы для неё немедленный смертный приговор.

Ты должна выбраться отсюда живой и невредимой! — приказала она себе.

Константин по-прежнему стоял спиной, возился с бутылками, но голову чуть склонил вбок, словно прислушиваясь.

— Уже есть предварительное заключение судмедэкспертизы? — спросила она как можно спокойнее, искоса поглядывая на Константина.

Что он там копается?

— Ты о Патрике?

— Да.

— Он не был пьян, как я поначалу предположил, — сказал Островский. — И не утонул. В лёгких воды нет. Значит, к моменту падения в Дунай он был уже мёртв.

— Инфаркт? — спросила она.

Островский помедлил с ответом.

— Мочевой пузырь и кишечник опорожнились ещё до того, как машина ушла под воду. Симптомы — сухость во рту, нарушения зрения, — о которых он мне говорил незадолго до гибели, указывают на отравление.

Отравлен? — мысленно повторила она и промолчала. Невольно ей вспомнился пакетик с белым порошком в сейфе Константина.

— Лаборатория ещё проверяет. Один из вероятных препаратов — скополамин, известный по СМИ как «наркотик насильников». Доза от ста миллиграммов уже способна убить. Сначала глубокая потеря сознания, следом — смерть от паралича мышц и дыхания.

— Последствия мне известны, — перебила она. — Вопрос в том, почему он его принял.

— Эвелин, ему его подсунули!

— Да, но как?

— Препарат не имеет ни запаха, ни вкуса. Его подмешивают в напитки, в еду, в сигареты, даже в глазные капли.

К этой минуте ей уже было всё равно, слушает Константин или нет. Она хотела добраться до правды.

— Он не курил и каплями не пользовался. Зато на письменном столе в его кабинете остался наполовину полный кофейник.

— Проверим. Утром судья подпишет ордер на обыск.

— В нашу квартиру и в его кабинет криминалисты могут зайти прямо сейчас. Я отдам тебе ключи. Лучше всего, если ты сразу заедешь к доктору Константину и…

— Не торопись, — оборвал её Островский.

Но через пару часов может быть уже поздно!

Она каждое мгновение ждала, что Константин обернётся, бросится к ней и выбьет телефон из её руки, — но ничего подобного не происходило. Он стоял у бара и подслушивал, а она напрягалась всё сильнее.

— У кого может быть доступ к таким большим дозам? — спросила она.

— Раз ты у Константина, я хорошо представляю, что у тебя сейчас в голове. Он слушает?

— Да.

— Хорошо, тогда тебе будет интересно вот что — кое-что мы знаем уже наверняка. Поэтому я и звоню.

Сердце у неё ёкнуло.

— А именно? — Она приготовилась к худшему.

Беги из этого дома! Он — убийца!

— Константин не убивал ни Патрика, ни Карлы Славик. Это не мог быть он.

Что?

Ей понадобилось несколько секунд, чтобы переварить услышанное.

— А в других городах?

— Тоже нет.

Словно оглушённая, она уставилась в пустоту. Перед глазами всё поплыло.

Но почему же нет? Ведь всё сходится!

— Согласно записям, доктор Фрик в последние недели брал из больничной аптеки большие количества скополамина.

Она всё ещё не могла поверить и хотела убедиться окончательно:

— А подпись подлинная?

— Да. К тому же доктор Фрик выступал приглашённым докладчиком на врачебных конгрессах в каждом из городов, где было совершено убийство, — и он знал Карлу Славик.

— Это можно сказать и о других.

— Согласен. Но мы обнаружили следы ДНК доктора Фрика на теле Карлы и на месте находки на свалке.

Эвелин молчала. Мысли в её голове неслись вразнобой. Она опустилась на диван и взглянула на Константина. Тот поднял голову, посмотрел в зеркало над баром и улыбнулся ей.

— Кроме того, у нас уже есть отчёты по убийствам в Загребе, Белграде и Бухаресте. Там тоже зафиксированы следы ДНК Фрика. Лаборатория идентифицировала их однозначно. Кстати, в Бухаресте в то же время произошло ещё одно убийство, возможно, связанное с нашим делом. Этих материалов нам пока недостаёт, но не исключено, что и они укажут на Фрика. — Островский выдержал короткую паузу. — Ты ещё на связи?

— Да, — прошептала она.

— В ближайшие часы я передам в уголовный розыск ордер на арест доктора Фрика. Твой подзащитный невиновен. Если хочешь, можешь сообщить ему об этом. Но с доктором Фриком он говорить не должен.

— Хорошо… спасибо.