Бирн уже почти вышел за дверь. «Клуб под названием Стилетто».

«Хотите, чтобы я получил адрес?» — спросила Джессика, хватая рацию и торопясь не отставать.

«Нет. Я знаю, где это».

«Окей . Зачем мы туда идем?»

Они подошли к лифтам. Бирн нажал кнопку и начал ходить. «Он принадлежит парню по имени Каллум Блэкберн».

«Никогда о нем не слышал».

«Кристина Якос трижды нарисовала его номер телефона в этом журнале».

— И ты знаешь этого парня?

"Ага."

"Как же так?" — спросила Джессика.

Бирн вошел в кабину лифта и придержал дверь. «Я помог посадить его в тюрьму почти двадцать лет назад».

24

Жил-был император Китая, и он жил в самом великолепном дворец в мире. Неподалеку, в огромном лесу, жил соловей. побежал к морю, и люди со всего света приходили послушать его пение. Все восхищались красивой песней птицы. Птица стала такой толстой Мы думаем, что, когда люди встречают друг друга на улице, можно сказать

«ночь», а другой говорил «буря».

Луна услышала песню соловья. Он наблюдал за ней много дней. Недавно он сидел в темноте, окруженный другими, потерянный. в чуде музыки. Ее голос был чистым, волшебным и мелодия, звон крошечных стеклянных колокольчиков.

Теперь соловей молчит.

Сегодня Луна ждет ее под землей, сладкий аромат сад императора кружил голову. Он чувствует себя нервным поклонником. Его ладони потеют, сердце бьется. Он никогда раньше не чувствовал себя так. Если бы она не была его соловьем, она могла бы стать его принцесса.

Сегодня пришло время ей снова петь.

25

«Стилетто» был высококлассным — высококлассным для филадельфийского стриптиз-клуба — «джентльменским клубом» на Тринадцатой улице. Два уровня трясущейся плоти, короткие юбки и блестящая помада для похотливого бизнесмена. На одном этаже располагался живой стриптиз-клуб, на другом — шумный бар и ресторан с полураздетыми барменшами и официантками. У Стилетто была лицензия на продажу спиртных напитков, поэтому танцы не были полностью обнаженными, но это было совсем не так.

По дороге в клуб Бирн рассказал Джессике. На бумаге Стилетто принадлежал известному бывшему игроку команды «Филадельфия Иглз», выдающейся и представительной спортивной звезде, трижды попадавшей в Пробоул. На самом деле всего партнеров было четверо, включая Каллума Блэкберна. Скрытыми партнерами, скорее всего, была мафия. Моб. Мертвая девочка. Увечье.

«Мне очень жаль», — написала Кристина.

Джессика подумала: « Многообещающе».

беспощадный

135

Джессика и Бирн вошли в бар.

«Мне пора в ванную», — сказал Бирн. — С тобой все будет в порядке?

Джессика какое-то время смотрела на него, не мигая. Она была ветераном полиции, профессиональным боксером и была вооружена. Тем не менее, это было довольно мило. "Все будет хорошо."

Бирн пошел в мужской туалет. Джессика заняла последний стул в баре, тот, что рядом с проходом, тот, что перед дольками лимона, оливками пимиенто и вишнями мараскино. Комната была оформлена как марокканский бордель: вся золотая краска, красный флокирование, бархатная мебель с подушками-вертушками.

В этом месте шел оживленный бизнес. Неудивительно. Клуб располагался недалеко от конференц-центра. Звуковая система ревела «Bad to the Bone» Джорджа Торогуда.

Табурет рядом с ней был пуст, а тот, что за ним, был занят. Джессика оглянулась. Парень, сидевший там, был прямо из центрального кастинга стрип-клуба: блестящая рубашка в цветочек лет сорока, узкие темно-синие брюки двойной вязки, потертые туфли, позолоченные идентификационные браслеты на обоих запястьях. Два его передних зуба сомкнулись, придавая ему невежественный вид бурундука. Он курил сигареты Salem Light 100 со сломанными фильтрами. Он смотрел на нее.

Джессика встретила его взгляд и выдержала его.

— Я могу что-нибудь для тебя сделать? она спросила.

«Я здесь помощник менеджера бара». Он скользнул на табуретку рядом с ней. От него пахло дезодорантом Old Spice и свиными шкварками.

«Ну, я буду через три месяца».

«Поздравляю».

«Вы выглядите знакомо», сказал он.

«Я?»

"Мы раньше встречались?"

«Я так не думаю».

«Я уверен, что есть».

«Ну, это, конечно, возможно», — сказала Джессика. «Я просто этого не помню».

"Нет?"

Он сказал это так, будто в это было трудно поверить. «Нет», сказала она. «Но знаешь что? Меня это устраивает».

136

РИЧАРДМ на та нари

Толстый, как обмакнутый в тесто кирпич, он продолжал напирать. «Вы когда-нибудь танцевали?

Я имею в виду, вы знаете, профессионально».

«Вот и все», — подумала Джессика. "Да, конечно."

Парень щелкнул пальцами. «Я знал это», сказал он. «Я никогда не забуду красивое лицо. Или великолепное тело. Где ты танцевала?»

«Ну, я проработал в Большом театре пару лет. Но дорога на работу убивала меня».