— Ладно, и что? — потребовала я ответа, с ожиданием переводя взгляд с одного на другого. Ненасытен? Мой разум ухватился за это слово, ища спасательный круг логического смысла. — Что ты пытаешься мне сказать, что Орфей — это помешанное на сексе существо из другого измерения? И когда он сказал, что увидел меня из другого мира и захотел трахнуть, ты… что, нанял меня написать твою фальшивую биографию? Чтобы потакать его фантазиям? — Это объяснение звучало до абсурда нелепо, но это было единственное, что пришло мне в голову.

— Кит, — вмешался Орфей, его низкий голос прозвучал как предупреждение.

Я резко повернулась к нему.

— Ну так что?

— Ой, заткнись, сука, — бросил Иэн, его голос звучал явно слабее, несмотря на яд в словах. По мере того как он говорил, его голос становился выше, переходя в скулеж отчаяния. — Это уже неважно. Теперь всё пошло по пизде. Всё по пизде.

— Заговоришь с ней так еще раз, — произнес Орфей стеклянным тоном, — и я позабочусь о том, чтобы ты умирал медленно и в неописуемых муках. Ты для нее никто. Она выше тебя, лучше тебя, превосходит тебя во всех возможных смыслах. Она с легкостью достигает того, на что ты потратил годы своей жалкой жизни. И всё же, ты обращаешься с ней так, будто она пустое место. Ты целовал ее так, будто она пустое место. Ты прикасался к ней так, будто она никто. А теперь ты отдаешь ей приказы, оскорбляешь ее, и с каждым вдохом делаешь шаг всё ближе к краю бездонной пропасти.

Пока он говорил, Орфей, казалось, становился выше, внушительнее, страшнее. Тени сгущались за его спиной, его глаза светились, как два солнца. Волосы развевались на невидимом ветру, и на мгновение он стал похож на темного бога, сошедшего вниз, чтобы покарать нас, низших созданий.

— Ну так давай, сделай это, — рявкнул Иэн. Еще больше крови хлынуло изо рта и окрасило его губы. — Раз я такой червь, так покончи с этим. Заверши начатое.

— Никто ничего не завершит, пока вы, мудаки, не перестанете препираться и не расскажете мне, — я повернулась к Орфею, — четко и ясно, какую роль я играю в этой шекспировской драме.

Орфей оставался безмолвным, как статуя, от чего у меня кровь закипала в жилах. Я резко повернулась к Иэну.

— Ну?

Иэн сглотнул, наполовину поперхнувшись тем, что, как я могла лишь догадываться, было его собственной кровью, и вздохнул.

— Ладно. Хочешь знать, что я сделал? Я открыл межпространственную дверь. — Его тон был бесстрастным, голос человека, смотрящего в лицо смерти со смиренной уверенностью. — Я перекинул мост через невозможную пропасть между мирами. Я получил доступ к месту, к которому, блядь, никогда не следовало получать доступ. Я потратил годы на работу только ради того, чтобы хоть мельком взглянуть на него. Предполагалось, что оно будет прекрасным. Я думал, что существа, обитающие там, тоже будут прекрасны. Мне нужно было, чтобы они были такими. Они бы решили головоломку моего Эроса. Невежественного, глупого Эроса. Я думал, если открою эту дверь… Я думал, что смогу пригласить внутрь нечто иное. Душу, которая будет жить в моих творениях. Разум, который наполнит тело.

— Какое это, блядь, — сказала я, испепеляя его взглядом, — имеет отношение ко мне?

Иэн внезапно ожил, потянувшись ко мне, его пальцы судорожно сжимались и разжимались в воздухе. Рот скривился от отвращения.

— Я пытался отправить его обратно. Но дверь больше не открывалась, Кит. Не открывалась. Я пытался держать его сытым. Я пытался. Но люди начали замечать. Исчезновения… Я должен был его остановить. Не я здесь монстр. А он. Он угрожал мне… — Иэн сделал паузу, его дыхание было резким и тяжелым. — Он сказал, что… что, блядь, сожрет меня, если я не дам ему то, чего он хочет.

Кровь зашумела в ушах, и я медленно поднялась на ноги.

— Сожрет тебя, — повторила я. Над верхней губой выступил пот. Я медленно повернулась. Орфей стоял абсолютно неподвижно, наблюдая за мной своими золотистыми глазами. Я всё еще чувствовала на себе его руки, нежные и благоговейные. Тот Орфей, которого я знала, и тот, которого описывал Иэн, были двумя совершенно разными существами. Они должны были быть разными. — Орфей? Ты собирался сожрать Иэна?

— Да.

Пол ушел у меня из-под ног.

— Ты ешь… людей.

— Я поглощаю жизнь, — ответил он. — Жизненную силу. Души.

Я старалась сохранить самообладание, даже когда время, казалось, с визгом остановилось. Я отступила от Иэна, неуверенно держась на ногах. Орфей всё так же возвышался между мной и дверью — давно потерянный возлюбленный; абсолютно незнакомый человек.

Мои инстинкты кричали мне бежать. Но я знала, что мои предательские ноги привели бы меня прямо в его ебаные объятия. Я не доверяла никому в этой комнате, и меньше всего — самой себе.

— Отпусти меня, — сказала я хрипло и неуверенно. — Я никому не скажу ни слова об этом. Я под NDA. Я, блядь, ничего не скажу, клянусь Богом.