— Я застряла в ебаном кошмаре, вот что, — задыхаясь, говорю я. Даже в таком взвинченном эмоциональном состоянии я поддаюсь его притяжению, позволяя нежно заключить себя в объятия. Его пальцы скользят в моих волосах. Я прижимаюсь щекой к его груди. — Где ты был? Я пыталась тебя найти. Эрос… — Но слова застревают в горле. Я не могу этого сказать. Я не хочу делать это реальностью.

Орфей гладит меня по спине, по волосам, шепча именно то, что мне нужно услышать.

— Ты боишься, Кит. Не бойся. Я прямо здесь. Я никуда не уходил.

Облегчение от его прикосновений — как пьянящий наркотик. Каждое слово затягивает меня и смягчает. Меня разбирает на молекулы, распыляя по темному от дождя небу, пока мир и я не становимся единым целым, и ничто не может причинить мне вреда. Каждое мурлыканье его голоса рисует спокойствие на моих нервах. Он разбирает меня по частям, понемногу, пока мысли об Иэне и Эросе не оказываются далеко-далеко. Пока я не оказываюсь полностью во власти Орфея.

Я запрокидываю голову, чтобы встретиться с ним взглядом. На него почти больно смотреть. Он горит так ярко, словно звезда.

— Слава Богу, ты жив. Я спустилась в хранилище, а тебя там не было, и я подумала…

Он проводит костяшками пальцев по моей челюсти.

— Это тело не живое. Это спектр электрических импульсов и машиностроения.

— Я знаю. Ты компьютер, я знаю.

— Нет, Кит. Это не так.

Я слегка отстраняюсь, сигналы доносятся издалека, мой мозг выкрикивает отдаленное предупреждение.

— Что?

— Это тело — машина, — отвечает он, склоняясь надо мной, его губы почти касаются моих. — Но я — не это тело. Я лишь использую его.

На этот раз я отстраняюсь от него полностью, упираясь ладонями в его грудь и удерживая на расстоянии вытянутой руки. Окидываю его взглядом: его прекрасные очертания, широкие плечи, изгиб шеи. Кажется, мой мозг работает невероятно медленно.

— Повтори-ка?

— Я не компьютер. Я — разум, который питает машину.

— Орфей, — говорю я, внезапно почувствовав невероятную усталость. — Что ты, блядь, пытаешься сказать?

— Я говорил тебе, что наблюдал за тобой, — говорит он. — Ты знаешь, как? Ты понимаешь, почему?

— Я думала, это… просто слова, которые ты говоришь девушкам. — Я знаю, что это не так. Я знаю, что чувствовала с ним прошлой ночью, и что чувствую сейчас. Чистая и неоспоримая связь, превосходящая всё и проникающая в саму душу.

Он усмехается, и я чувствую низкий рокот в его груди ладонями своих рук.

— Кит, что касается меня, то ты — единственная женщина на Земле. Больше никого не существует. Ты — редкость. Разве ты этого не чувствуешь? Разве ты не ощущала этого здесь, в этом доме?

Мои пальцы сминают мягкую ткань его рубашки. Я стою на краю немыслимой высоты и знаю, что вот-вот сорвусь.

— Не чувствовала чего?

— Свой дар. — Он гладит меня по щеке костяшкой пальца. — Ты должна была его почувствовать. Притяжение. Там, снаружи, Кит, существуют миллионы миров, которые ждут тебя. Ты можешь шагнуть в любой из них. Всё, что тебе нужно сделать, — это открыть дверь.

Мое тело напрягается. Открыть дверь. Я уже слышала эту фразу. Иэн произносил ее ранее. Я думала, это был пьяный бред, бессмысленная болтовня.

— Орфей, — говорю я, опуская руки и отступая, увеличивая расстояние между нами. — Пожалуйста, будь со мной откровенен хотя бы две секунды. Я вот-вот сойду с ума, и ничто из того, что ты или кто-либо еще говорит в этом ебаном пентхаусе, не имеет никакого смысла.

Во взгляде Орфея мелькает что-то похожее на голодное веселье.

— Позволь мне показать тебе.

— Я не уверена, что это…

Но он скользит в мое личное пространство, как тихая тень, и заставляет меня замолчать поцелуем. Все мысли в голове разлетаются, размываясь и дробясь на осколки. Его губы на моих настолько восхитительны, настолько душераздирающе интимны, что я задаюсь вопросом, как я вообще жила без этого. Он прикасается ко мне так, как я не могу описать — нежные ласки в сочетании с медленными, твердыми движениями по моему телу сводят меня с ума за считанные секунды.

Когда он разрывает поцелуй, я пытаюсь снова притянуть его губы к своим, издавая жалкий стон разочарования. Но он останавливает меня.

— Кит, — говорит Орфей, обхватив мою голову руками, зарывшись пальцами в волосы. — Мне нужно, чтобы ты мне доверилась. То, что ты сейчас испытаешь, не будет похоже ни на что из того, что ты видела или чувствовала раньше. Но тебе нужно это увидеть. Ты готова?

Я не знаю, что чувствую. Я доверяю ему. Это безумие, но это так. Он — воплощение тоски, мои мечты, обретшие форму. Но я до ужаса боюсь того, что он мне покажет. Как много дерьма в моей жизни сейчас встанет на свои места?

— Я не знаю.

— Тебе незачем бояться. Я не буду тебя принуждать. Я выполню любой твой приказ, пока это приближает тебя к экстазу.

Блядь. Одни только эти слова зажигают каждый синапс в моем мозгу. Эйфория и желание вспыхивают внутри. Я хочу, чтобы он поглотил меня.

— Покажи мне. Я тебе доверяю.

Его глаза вспыхивают желтым. Руки ложатся мне на поясницу и притягивают к себе, и я уже беспомощна в его хватке.