Густой лес расступается перед поляной, и в поле зрения появляется задняя часть колледжа. Я чувствую, что снова могу дышать, когда толпа рассеивается и рассредотачивается на открытом пространстве. Паника всё ещё висит в воздухе и давит на грудь, как валун, но я не могу позволить ей завладеть мной. Я должна добраться до общежития. Я должна найти Мэл и Ноа. Они должны быть в безопасности. Я не могу потерять еще кого-то.

Люди всегда уходят…

Подавляя панику, подступающую к горлу, я обхожу людей, которые плачут и кричат, цепляясь друг за друга с телефонами в руках. К тому времени, как я добираюсь до своего здания, мое тело дрожит на прохладном ночном воздухе. Моей толстовки нигде не видно, а она бы мне сейчас чертовски не помешала.

Решив переждать пару минут, пока тут немного не расчистится, я использую кусты в качестве укрытия. Моя спина вжимается в холодные кирпичи старого здания, когда я распластываюсь по стене, убираясь с пути людей, хлынувших в двери. Мне нужно попасть внутрь, в безопасность моей комнаты, но быть затоптанной — это последнее, что мне сейчас нужно.

Может, я замечу Ноа или Мэл до того, как они зайдут внутрь. Мне очень нужно, чтобы с ними всё было в порядке. Я не чувствовала такого адреналина с тех пор, как сбежала из Аризоны. Как это возможно? Что происходит? Какого хрена вообще творится?

Страх и воспоминания обрушиваются на меня, перехватывая дыхание, пока я сползаю по кирпичной стене. Моя задница касается холодной земли, но я едва это чувствую, погружаясь в бездну.

Грубые руки на моем теле.

Мокрые слезы заливают лицо.

Жестокий смех в ответ на мои мольбы.

— Обожаю, когда ты плачешь из-за меня, маленькая девочка.

Его голос крутится на повторе в моей голове, пока я пытаюсь нащупать опору в земле, сжимая её горстями, чтобы вернуть себя в реальность. Втягивать воздух полными легкими труднее, чем должно быть. В этот момент я снова в том доме — маленькая девочка, зовущая на помощь, и никто не придет её спасать.

Дыхание застревает в легких, когда я чувствую, как чьи-то руки обвивают мое тело, поднимают меня и быстро куда-то несут. Я не могу заставить себя открыть глаза, но чувствую себя в безопасности, прижимаясь к теплой груди. И вот так просто моя паника отступает, и я могу сделать глубокий вдох.

— Ноа? — шепчу я, всё еще пробиваясь сквозь пелену паники, оставшуюся в моем сознании.

Единственный ответ, который я получаю, — это рык, вибрирующий во всем моем теле. Ноа не рычит. Уж точно не таким рыком, от которого мокнут трусики. Страх снова пытается задушить меня, и я с трудом разлепляю глаза.

Лучше бы я держала их закрытыми.

ГЛАВА 5

Призрак

— Отпусти меня, ублюдок! — кричит Смерть, сопротивляясь моей хватке, но я лишь сжимаю её крепче.

Пусть сопротивляется, сколько влезет. Я больше и сильнее её. Со своим двухметровым ростом я возвышаюсь над ней больше чем на голову. За то время, что мы не виделись, я стал крупнее. Мои мышцы стали рельефнее, а плечи — шире.

Она тоже изменилась — обрела аппетитные формы. Она всегда была самой красивой девчонкой из всех, кого я когда-либо видел. Но теперь у неё тело женщины, из-за которого мне хочется прижать её к одному из этих деревьев и обвести каждый её изгиб языком.

Я припарковал свой грузовик прямо в лесу за её корпусом, поэтому обхожу здание по краю, подальше от толпы людей, которые носятся вокруг, как куры с отрубленными головами.

— Поставь меня на землю, мудак!

Рыча на её жалкие попытки вырваться и грязный рот, я закидываю её на плечо и звонко шлепаю по заднице.

— Не дергайся.

Её тело на мгновение напрягается, пока она осознает свое плачевное положение, а затем она срывается, словно дикая кошка, избивая и царапая мою спину и задницу своими длинными черными ногтями.

Не страшно. Я пришел подготовленным. Засунув свободную руку в карман, я достаю шприц в колпачке, срываю его зубами и вонзаю иглу в её пухлую ягодицу.

Её крик разносится в ночи, тревожа живность, прячущуюся в темноте. Сопротивление покидает её медленно, как вода, неспешно утекающая в водосток. Её мышцы расслабляются, и она обмякает на моем плече; её руки бьются о мою задницу, когда я снова перехожу на бег.

Добравшись до грузовика, я поправляю её на плече, чтобы дотянуться до ключей в кармане. Писк сигнализации кажется громким в тишине, когда я снимаю блокировку — теперь, когда мы вдали от криков и паники в кампусе.

— А ну-ка, полезай, — говорю я, открывая пассажирскую дверцу, перекладывая её на сиденье и пристегивая.