Джессика внимательно посмотрела на мужчину. Если бы ей пришлось угадывать, она бы сказала, что он на несколько лет моложе ее. "Молодые люди, такие как я?"

"Ну, да".

"Как ты думаешь, сколько мне лет?"

Роланд внимательно разглядывал ее, подперев рукой подбородок. "Я бы сказал, двадцать пять или двадцать шесть".

Роланд Ханна был ее новым лучшим другом. "Могу я показать тебе несколько фотографий?"

"Конечно", - сказал он.

Джессика достала фотографии двух платьев. Она положила их на стол. "Ты когда-нибудь видела эти платья раньше?"

Роланд Ханна внимательно рассмотрел фотографии. Вскоре на его лице, казалось, появилось узнавание. "Да", - сказал он. "Кажется, я видел эти платья".

После разочаровывающего дня, полного тупиков, эти слова почти не запомнились. "Ты продала эти платья?"

"Я не уверен. Возможно, видел. Кажется, я помню, как распаковывал их и выставлял на всеобщее обозрение".

Пульс Джессики ускорился. Это было то чувство, которое испытывают все следователи, когда с неба падает первая серьезная улика. Она хотела позвонить Бирну. Она сдержала порыв. "Как давно это было?"

Роланд на мгновение задумался. "Давай посмотрим. Как я и говорил, мы открыты дней десять или около того. Итак, я бы поставил их на полку примерно две недели назад. Думаю, они были у нас, когда мы открылись. Итак, около двух недель. "

"Тебе знакомо имя Дэвид Хорнстром?"

"Дэвид Хорнстром?" Спросил Роланд. "Боюсь, что нет".

"Вы не помните, кто мог купить эти платья?"

"Я не уверен, что помню. Но если бы я увидел какие-нибудь фотографии, я, возможно, смог бы вам рассказать. Фотографии могли бы освежить мою память. Полиция все еще этим занимается?"

"Что делать?"

"Заставляют людей просматривать фотографии? Или это то, что они делают только по телевизору?"

"Нет, мы часто этим занимаемся", - сказала Джессика. "Не могли бы вы спуститься в "Круглый дом" прямо сейчас?"

"Конечно", - сказал Роланд. "Я могу сделать все, чтобы помочь".

52

Движение на Восемнадцатой улице было затруднено. Машины буксовали. Температура быстро падала, а мокрый снег не прекращался.

Миллион мыслей пронесся в голове Кевина Бирна. Он думал о других случаях в своей карьере, когда он сталкивался с оружием. Лучше у него это не получалось. Его желудок скрутился стальными узлами.

"Вы не хотите этого делать, мистер Кларк", - снова сказал Бирн. "Еще есть время отменить это".

Кларк хранила молчание. Бирн взглянул в зеркало заднего вида. У Кларк был пристальный взгляд в тысячу ярдов.

"Ты этого не понимаешь", - наконец сказала Кларк.

"Я действительно понимаю это".

"Нет, ты не понимаешь. Как ты мог? Ты когда-нибудь терял кого-то, кого любил, из-за насилия?"

Бирн этого не сделал. Но однажды он был близок к этому. Однажды он почти потерял все, когда его дочь оказалась в руках убийцы. В тот мрачный день он сам чуть не переступил порог здравомыслия.

"Притормози", - сказала Кларк.

Бирн прижал машину к обочине. Он припарковал ее, не выключая двигатель. Единственным звуком было пощелкивание дворников на ветровом стекле в такт бешено колотящемуся сердцу Бирна.

"Что теперь?" Спросил Бирн.

"Мы собираемся пойти в закусочную и покончить с этим. Для нас с тобой".

Бирн взглянул на закусочную. Сквозь пелену ледяного дождя свет искрился и переливался. Переднее окно уже заменили. Пол был чисто выбелен. Казалось, что там ничего не произошло. За исключением того, что так оно и было. И это было причиной их возвращения.

"Это не обязательно должно так закончиться", - сказал Бирн. "Если ты сложишь оружие, все еще есть шанс вернуть себе жизнь".

"Ты хочешь сказать, что я могу просто уйти, как будто этого никогда не было?"

"Нет", - сказал Бирн. "Я не собираюсь оскорблять вас, говоря это. Но вы можете получить помощь".

Бирн снова посмотрел в зеркало заднего вида. И увидел это.

Теперь на груди Кларк были две маленькие красные светящиеся точки.

Бирн на мгновение закрыл глаза. Это была лучшая из новостей, худшая из новостей. Он все время держал трубку открытой, с тех пор как Кларк столкнулась с ним у насосной станции. Очевидно, Ник Пал-Ладино вызвал спецназ, и они разместились в закусочной. Второй раз примерно за неделю. Бирн посмотрел на улицу. Он заметил офицеров спецназа, расположившихся в начале переулка рядом с закусочной.

Все это могло закончиться внезапно и жестоко. Бирн хотел первого, но не второго. Он был справедлив в тактике ведения переговоров, но далек от эксперта. Правило номер один. Сохраняй спокойствие. Никто не должен умирать. "Я собираюсь тебе кое-что сказать", - сказал Бирн. "И я хочу, чтобы ты внимательно выслушал. Ты понимаешь?"

Тишина. Мужчина был готов взорваться.

"Мистер Кларк?"

"Что?"

"Мне нужно тебе кое-что сказать. Но сначала ты должен делать в точности то, что я говорю. Ты должен сидеть абсолютно неподвижно".

"О чем ты говоришь?"

"Вы заметили, что здесь нет движения?"