Наталья взяла открытку, затем протянула Бирн свою. Казалось, она появилась из ниоткуда, как будто она уже держала ее в руках и была готова показать. Как оказалось, "подложили", вероятно, было правильным словом. Джессика взглянула на карточку. На ней значилось: мадам Наталья-Картомантия, гадание, Таро.

"Я думаю, что внутри тебя много печали", - сказала она Бирну. "Очень много нерешенных проблем".

Джессика взглянула на Бирна. Он выглядел немного взволнованным, что для него было редкостью. Она почувствовала, что ее партнер хочет продолжить интервью в одиночестве.

"Я возьму машину", - сказала Джессика. Несколько мгновений они молча стояли В слишком теплой гостиной. Бирн заглянул в небольшое помещение за пределами гостиной - круглый стол красного дерева, два стула, буфет, гобелены на стенах. Во всех четырех углах горели свечи. Он снова посмотрел на Наталью. Она изучала его.

"Ты когда-нибудь читал?" Спросила Наталья.

"Чтение?"

"Гадание по руке".

"Я не совсем уверен, что это такое".

"Это искусство называется хиромантия", - сказала она. "Это древняя практика, при которой изучаются линии и отметины на вашей руке".

"Э-э, нет", - сказал Бирн. "Никогда".

Наталья потянулась, взяла его за руку в свою. Бирн сразу же почувствовал легкий электрический разряд. Не обязательно сексуальный, хотя он не мог отрицать, что это был компонент.

Она на мгновение закрыла глаза, затем открыла их. "У тебя есть здравый смысл", - сказала она.

"Прошу прощения?"

"Иногда ты знаешь то, чего не должен знать. То, чего не видят другие. То, что оказывается правдой".

Бирн хотел убрать свою руку и убежать оттуда так быстро, как только мог, но по какой-то причине он, казалось, не мог пошевелиться. "Иногда".

"Ты родился в вуали?"

"Вуаль? Боюсь, я ничего об этом не знаю".

"Ты был очень близок к смерти?"

Бирн был немного напуган этим, но виду не подал. "Да".

"Дважды".

"Да".

Наталья отпустила его руку, заглянула глубоко в его глаза. Каким-то образом, за последние несколько минут, ее глаза, казалось, изменились с нежно-серого на глянцево-черный.

"Белый цветок", - сказала она.

"Мне жаль?"

"Белый цветок, детектив Бирн", - повторила она. "Стреляйте".

Теперь он действительно был напуган.

Бирн отложил блокнот, застегнул пальто. Он подумал о том, чтобы пожать руку Наталье Джакос, но передумал. "Еще раз, мы очень сожалеем о вашей потере", - сказал он. "Мы будем на связи".

Наталья открыла дверь. Бирна встретил порыв ледяного воздуха. Спускаясь по ступенькам, он чувствовал себя физически опустошенным.

Стреляйте, подумал он. Что, черт возьми, это было?

Когда Бирн дошел до машины, он оглянулся на дом. Входная дверь была закрыта, но в каждом окне теперь горели свечи.

Были ли свечи на месте, когда они прибыли?

9

Новая квартира Кристины Джакос была вовсе не квартирой, а скорее кирпичным таунхаусом с двумя спальнями на Норт-Лоуренс. Когда Джессика и Бирн приблизились, стало ясно одно. Ни одна молодая женщина, работающая секретарем в приемной, не могла позволить себе такую арендную плату или даже половину арендной платы, если она делилась. Это были дорогие апартаменты.

Они постучали, позвонили в колокольчик. Дважды. Они ждали, приложив ладони к окнам. Прозрачные занавески. Ничего не видно. Бирн позвонил еще раз, затем вставил ключ в замок, открыл дверь. - Полиция Филадельфии! - сказал он. Никто не ответил. Они вошли внутрь.

Если снаружи все выглядело привлекательно, то внутри было безукоризненно - сосновые полы, кленовые шкафы на кухне, латунная сантехника. Мебели не было.

"Думаю, я пойду посмотрю, есть ли свободные вакансии секретарши", - сказала Джессика.

"Я тоже", - ответил Бирн.

"Ты умеешь работать на коммутаторе?"

"Я научусь".

Джессика провела рукой по выступающей панели. "Итак, что ты думаешь? Богатый сосед по комнате или папик?"

"Две разные возможности".

"Может быть, безумно ревнивый папик-психопат?"

"Определенная вероятность".

Они позвали снова. Дом казался пустым. Они проверили подвал, нашли стиральную машину и сушилку, все еще в коробках, ожидающих установки. Они проверили второй этаж. В одной спальне лежал сложенный футон; в углу другой стояла раскладная кровать, а рядом с ней - сундук с пароваркой.

Джессика вернулась в фойе, подняла стопку почты с пола перед дверью. Она порылась в стопке. Один из счетов был адресован Соне Кедровой. Там также была пара журналов, адресованных Кристине Джакос - Dance и Architectural Digest. Личных писем или открыток не было.

Они вошли в кухню, выдвинули несколько ящиков. Большинство из них были пусты. То же самое было и в нижних шкафчиках. В шкафчике под раковиной хранилась коллекция новых предметов первой необходимости для квартиры - губки, Windex, бумажные полотенца, моющее средство, спрей от насекомых. У молодых женщин всегда был запас спрея от насекомых.