Я подумываю выскочить из его тачки и громко хлопнуть дверцей. Просто чтобы закончить этот бессмысленный разговор. Но, к сожалению, машина в эту секунду трогается с места. Я сжимаю зубы, чувствуя, как внутри всё бурлит.

Ярцев сжимает пальцами руль до хруста. Я вижу, как белеют костяшки, как напрягаются мышцы его рук.

— Было ошибочно думать, что мы сможем нормально общаться, — выдаёт он хрипло через несколько секунд.

— Конечно, — я фыркаю, чувствуя, как злость застилает глаза. — Я просто забыла, насколько ты невоспитанный грубиян и не знаешь о тактичности.

Ренат кривится, и я вижу, как дёргается его челюсть.

— Я и так держусь из последних сил, — его голос становится тише, но от этого не менее опасным. — Так что сиди молча.

Я набираю побольше воздуха в грудь. Чувствую, как лёгкие наполняются, как внутри закипает новый виток злости.

— Тогда высади меня, — я смотрю на него. — Какого чёрта ты везёшь меня дальше? Раз мы оба так друг друга раздражаем?! И зачем вообще было меня везти?! Лучше провёл бы время со своей невестой!

Он резко тормозит. Машина дёргается, и я вжимаюсь в сиденье. Воздух перехватывает оттого, с какой силой ремень безопасности вжимается в кожу.

Я буквально чувствую злость Рената. Физически. Он поворачивается ко мне, и я вижу его глаза. Тёмные, горящие, полные той самой ярости, которую он так долго сдерживал.

— Вот какого хера ты хочешь?! — он буквально рычит эти слова. Я же хватаю ртом кислород. Я думала, что этот разговор выстроится совсем не так. Но всё полетело к чёрту.

— Я? Ренат, ты сам завёл этот разговор. И хочешь во всём виноватой выставить меня?! Это тебе не плевать, с кем я общаюсь. Тебя беспокоит то, во что я одета. Ты уверен, что вопрос звучит по адресу?!

— Ты носа сюда год не показывала. И тут вдруг появилась. Со своей сраной дружбой.

— Потому что я больше не буду прятаться, Ярцев! Хватит! Надоело! Здесь моя семья. Это мой город. И я никуда не собираюсь уезжать! Как бы ты ни хотел, чтобы я испарилась!

Выплёвываю ему эти слова в лицо. Дёргаю ремень безопасности, но его заело. Чёрт!

— Это плохо закончится, Айлин.

Выдаёт он глухо. Я же наконец-то отстёгиваю ремень. У меня из ушей пар валит. Да что я теряю? Всё, что можно было испортить я уже испортила. Хватит ходить как овце, и только под ноги смотреть. Пора голову из песка доставать.

— Ну, значит, будет плохо, что поделаешь. Из нас двоих только я знаю, чего действительно хочу. А ты, Ярцев — трус! Врёшь себе и всем окружающим. Знаешь, что закончится действительно плохо? Когда ты наконец-то откроешь глаза и протрезвеешь!

Нащупав ручку на дверце, я выхожу из его тачки и громко хлопаю дверью.

Втягиваю воздух через ноздри и чувствую, что я наконец-то вдохнула полной грудью. Изначально было ошибочно считать, что этой мнимой дружбой можно чего-то добиться.

Глава 15

Замахнувшись рукой, я отправляю шар для боулинга вперёд, вкладывая в этот бросок всю свою злость, всю обиду, весь адреналин, который до сих пор пульсирует в крови. Шар летит по дорожке, и я задерживаю дыхание, надеясь, что хотя бы этот раз закончится удачей.

И снова мимо. Кегли стоят как ни в чём не бывало, насмехаясь надо мной.

— Это нечестно! — я, топнув ногой, разворачиваюсь и иду обратно к столику, за которым сидит Арсений. — Ты специально меня сюда привёл, чтобы я расстроилась!

Он громко смеётся, запрокидывая голову. Его смех — лёгкий, заразительный — на мгновение гасит ту злость, что бурлит во мне.

— Я? — он приподнимает брови, и его глаза блестят. — Я просто хотел показать тебе, что ты умеешь проигрывать с достоинством.

— Я не умею проигрывать, — бурчу я, опускаясь на стул и хватая бокал с водой. — И вообще, это всё из-за того, что я не выспалась. И настроение у меня...

— Паршивое, — заканчивает он за меня, и в его голосе слышится понимание. — Я заметил. С тех пор как ты села в машину, ты выглядишь так, будто хочешь кого-то придушить.

Я смотрю на Арса. И чувствую, как внутри разливается что-то тёплое. Он не пытается лезть в душу. Он просто рядом. И это приятно.

— Извини, — говорю я тихо. — Я не хочу портить тебе вечер.

— Ты не портишь, — он пожимает плечами. — Ты — это ты. И мне нравится, какая ты есть. Даже когда злая.

Я улыбаюсь. Впервые за весь вечер — по-настоящему.

— Ты слишком хороший, Арсений.

— Я знаю, — он подмигивает. — Но ты не говори никому, а то испорчу репутацию.

Я смеюсь. И моё настроение правда начинает подниматься.

— Давай ещё раз, — говорю я вставая. — Я хочу реванш.

Он улыбается, поднимается следом.

— Боюсь, что ты опять проиграешь.

— Посмотрим, — я беру шар в руки, чувствуя, как внутри просыпается азарт. — Я люблю доказывать, что люди ошибаются.

Я беру шар. Я хочу выиграть. Хочу доказать себе, что я могу справиться хотя бы с этим. Смотрю на дорожку, на кегли, на линию, где нужно остановиться. Разбегаюсь, замахиваюсь, бросаю.

Шар летит ровно. Я уже чувствую вкус победы. Но в самый последний момент он резко уходит вправо и сбивает только одну кеглю.